Отсюда можно было держать под прицелом два моста через протоку, а также улицу, идущую на юг, в сторону аэродрома, где находились сирийские десантники. Сюда решено было выставить снайперскую пару, расчет ПТУР и трёх спецназовцев, один из которых должен был оставаться в «Тигре», а двое других — оборонять здание на нижних этажах.
На «Тигре» туда и приехали.
Здесь Бушуев порывался основную позицию развернуть на крыше, но Паша «врубил ему фары»:
— Если ты сидишь на крыше, то ты — ясно видимая цель для квадрокоптеров, которых полно у боевиков.
Уж лучше сиди под крышей, и тогда, может быть, они тебя не заметят.
— Вот тут соглашусь, товарищ капитан, — кивнул Артём.
«Тигр» загнали во двор здания, под какой-то навес, чтобы его не было видно ни с пустыря, ни с любой из улиц, ни с воздуха. Убедившись, что остающиеся бойцы хорошо усвоили свою задачу, Паша спустился вниз и вышел из здания. До шестиэтажки ему нужно было пройти метров триста, но выйдя на улицу, он вдруг всем своим существом осознал, в каком он находится беззащитном положении.
Плотная городская застройка, где дома подпирали друг друга, вызвала у него тревогу. Казалось, что с каждого здания в него целятся боевики, готовые в любую секунду обрушить море свинца. От этого ощущения перехватило дыхание: Паша шел и ждал, что вот сейчас, именно сейчас, голова лопнет от удара пули, и вмиг прекратится жизнь — вот всё то, что сейчас с ним происходит, всё то, что происходило с ним многие годы, всё то, что еще может с ним произойти… раз, и всё замрёт навсегда.
Паша посмотрел на «своё» здание и увидел копошащихся на крыше людей. Так не должно было быть, и он схватил рацию:
— Чинар — Барсу!
— Ответил!
— Я возвращаюсь, смотрите за мной.
— Видим.
— И с крыши бы людей убрать — слишком заметно.
К этому времени Ерофеев по общему каналу доложил о полной зачистке четырехэтажного здания, которое предназначалось для расположения полевого штаба и проверке его на предмет минирования.
— Принял, — ответил Чинар.
Вернувшись в шестиэтажку, где на последнем этаже Денис уже обустроил четыре позиции, с которых можно было вести круговой обстрел окрестностей, Паша снова поочередно связался с каждой парой, проверяя связь.
Где-то северо-западнее началась массированная перестрелка, в которой гулко ухали скорострельные пушки БМП-2 и еще что-то такое же скорострельное, но куда более громкое, но что именно это было, понять никто из офицеров не мог.
— Скоро прибудет, — сказал Чинар, переговорив по связи с ЦБУ. — Уже в пути.
