Моя Малина… Внутри всё вздрагивает от этих слов и от того, как это сказано.
Он наклоняется и снова тянет носом, только теперь уже у шеи, запуская этим волну мурашек по моей спине и дрожь в коленях. Снова целует.
— Я больше не хочу играть в эти игры, Нина, — шепчет в губы, прерывая поцелуй. — Теперь ты моя, поняла меня? Никаких «хороший друг». Ещё раз услышу… Ладно, потом узнаешь, что будет.
Снова улыбка и мягкое касание губ, снова обволакивающее всё тело волшебное чувство. Но я заставляю себя остановиться и посмотреть Максиму в глаза.
— А ты?
— Что я?
— Ты мой, Максим? Вчера…
— Больше никаких вчера, Нина. Ничего такого.
— Но ведь ты с теми девушками, ты с ними…был?
Несколько секунд он молчит, но смятения его лицо не выражает.
— Я бы мог сказать неправду, чтобы было проще, но стоит ли начинать со лжи, Нина? Всё что было ДО тебя, было ДО.
Мама всегда говорила, что честность надо ценить. Но сама, как оказалось, врала мне. И у правды действительно горький привкус.
— Не сомневайся во мне, — Ларинцев притягивает меня ближе и смотрит прямо в глаза.
— Выкинь из головы глупые мысли и расслабься. А теперь беги, тебе пора под одеялко, пока я не передумал.
Он поднимает мой пакет и, вручив, мягко подталкивает к ступеням.
— Я подожду здесь, пока Юля тебе откроет, — слышу уже в спину.
Глава 39
День сегодня вышел трудный. Три пары вроде бы не так и много, но преподаватели сегодня все были в ударе. Пермяков на английском сегодня тест дал, от которого даже у моей одногруппницы Наты волосы дыбом встали, хотя она говорит свободно на английском, у неё мама живёт в Шеффилде, и Ната часто ездит к ней в гости.
Когда выхожу из университета, на улице уже темно, и двор возле парадного входа залит жёлтым светом фонарей. С одной стороны, хорошо, когда пары во вторую смену стоят, но с другой — день кажется меньше. Вроде бы и выспался — плюс, но с утра так лень заниматься важными делами. Пока раскачался, уже пора на занятия, а после них сразу наступает вечер. Такая вот арифметика.
— Нин, до завтра, — уже у самых ступеней Лида и Аня прощаются, чмокая в щёку и уходят в сторону тротуара, им тут недалеко, а мне нужно на остановку.
Нас троих отпустили на пятнадцать минут раньше, потому что успели сделать расчёты к скорой практике, и я как раз успею на автобус, чтобы добраться до общежития, принять душ и взять вещи для репетиции.
Уже спустившись со ступеней, замечаю сбоку от площадки с фонтаном возле входа в универ припаркованную машину. Тёмно-синий мерседес.
