— Нин, ну нужна тебе та общага! — Юлька всё ещё пыталась разговорить меня. — Тараканы, сортир общий, очередь в душ. Давай ключи тебе сделаем. Можешь даже не разговаривать со мной сколько хочешь, но не уходи. Оставайся, Рудик.
— Нет, Юль, я уже решила. До скорого.
Я вытащила сумки в подъезд и захлопнула за собой дверь, в миг почувствовав, как сдуваюсь от усталости. Я очень злилась на Богатырёву, но в то же время уже скучала. Потом с горем пополам стащила сумки на улицу и уже собралась вызвать такси, как позвонила мама.
"
"И вот приходится врать ей, хотя я этого делать не люблю, да и почти не делаю. Но мама вот-вот решит бежать на автобус, чтобы скорее помочь мне с переездом, а у неё самой дел куча на новой работе. Не так-то просто всё с нуля начинать. Мама хороший специалист, но после того, как в Югорске с ней не захотели продлевать контракт, приуныла. Поэтому не хочу отвлекать её. Сама справлюсь как-нибудь.
— Да, мам, всё хорошо, не беспокойся. Вот уже и Боря подъехал, пока. Целую тебя.
Я отключаю звонок и листаю список контактов в поисках номера такси.
— Не знал, что ты врушка, — тихий голос почти над ухом заставляет вздрогнуть, и я едва не роняю телефон.
— Максим? — растеряно поднимаю глаза и вижу лёгкую ухмылку. — Привет ещё раз. А ты что тут делаешь?
— Мимо проезжал. Так зачем ты матери врёшь? — Ларинцев приподнимает бровь и засовывает руки в карманы куртки.
Наверное, мало кому приятно, когда кто-то ловит их на явной лжи. И я не исключение.
— Просто она слишком волнуется за меня.
Скажи я ей, что переезжаю сама, она примчится, а маме сейчас не до этого.
— А отец?
— Папа живёт далеко, — пожимаю плечами. — Они с мамой в разводе давно. Да я и сама справлюсь, у меня всё равно вещей немного. Сейчас такси вызову, делов то.
Я снова достаю телефон, который спрятала в карман, листаю телефонную книгу, и вот когда уже нахожу нужный номер, слышу отстранённое «угу» и вижу, как Максим легко подхватывает мой чемодан и сумку с ноутбуком и уходит к машине, которую я сперва не заметила.
— Эй! — окликаю его и снова едва не роняю телефон на асфальт.
— Я, конечно, не Борис, но маме врать нехорошо, Пёрышко.
Пока я семеню сзади, он открывает багажник машины и забрасывает чемодан.
— Максим, тебе не стоит беспокоиться, правда, — мне действительно неудобно напрягать его. — Я и так тебя сегодня потеснила…
Но Ларинцев меня будто и не слышит.
— Залезай на заднее, — открывает мне дверь, жестом приглашая в автомобиль.
