Зачем так смотреть? Чтобы смутить меня при маме?
В прихожей Максим надевает пиджак и помогает набросить пальто мне, забирает у мамы сумку и пакет, коробку с конверсами. Мама целует меня и просит позвонить, как доберёмся до города.
— Максим, — строго говорит она, глядя на Ларинцева. — Ты только не гони сильно. По трассе.
— Конечно. Не волнуйтесь, — снова эта улыбка на миллион. — Спасибо за чай, Светлана Витальевна. Малиновое варенье у вас и правда получилось очень вкусным.
Хорошо, что я спускаюсь первой, и ни мама, ни Максим не видят моего обжигающего щёки румянца.
Глава 31
Мы выходим на улицу, и Максим нажимает кнопку на брелоке, вызывая ответный приветственный сигнал автомобиля у моего подъезда. Жду его у пассажирской двери, пока он складывает сумки в багажник. Поднимаю голову и машу маме, что выглядывает в окно. Она отвечает мне улыбкой, как раз когда Ларинцев распахивает передо мной пассажирскую дверь.
— Ныряй, Пёрышко, — мягко улыбается, а у меня перед глазами вспышками моргает его вчерашний фак, будто он его лично мне показал.
"
"Сажусь, аккуратно подбирая по краям распахнувшееся пальто, сжимаю ноги, слишком чётко ощущая силиконовые полоски на внутренней стороне резинок чулок. Ну что за чёрт дёрнул меня надеть их? Не так уж и плохо выглядели бы чёрные колготки.
Максим садится за руль, пристёгивается, взглядом отследив и мой пристёгнутый ремень безопасности. Он откидывается в кресле и поворачивает ключ, а потом мягко кладёт ладони на руль. Расслабленно так, будто невзначай. Понимаю, что зависаю на его движениях, отмечая про себя даже мелочи.
Рассердившись, отворачиваюсь и уставляюсь в окно, пока машина плавно скатывается с подъездной площадки у моего дома и выезжает через соседний двор на трассу. Не могу расслабиться. Мне кажется, я ощущаю даже малейшие колебания воздуха в салоне, улавливаю знакомый аромат туалетной воды, отмечаю, как Ларинцев слегка покашливает, прочищая горло.
— Это что только что было? — не выдерживаю и поворачиваюсь к Максиму.
— Я уж думал ты и дальше будешь молча злиться, пока весь кислород в салоне не сожжёшь, — он отвечает спокойно, продолжая следить за дорогой.
— Зачем ты приехал? Обязательно было вести себя так перед моей мамой?
Игнорирую его замечание.
— А что я не так сказал ей? — Ларинцев вздёргивает брови и бросает на меня быстрый взгляд, вновь возвращаясь к дороге. — Я же не грубил. Ничего такого.
— Не грубил, но ты вёл себя…
— Как твой парень?
Ну и привычка — заканчивать фразы за других.
