Лера понимающе кивнула, а её новый друг заказал ещё вина.
— Как я работать буду? — посмотрела Лера на полный бокал.
— С огоньком, — усмехнулся он.
— А как ты объяснил своей подружке моё отсутствие?
— Банально. Поссорились. Ты ушла к маме. Что она не в курсе наших отношений, я сразу понял. А ещё, что у неё на тебя зуб. Только укусить она тебя не может.
— Теперь может, — усмехнулась Лера.
— Нет, — снова уверенно покачал головой Артём. И Лера не стала допытываться почему. Кто знает, это сейчас он говорит, что плевать ему на Дашку, а потом вдруг втянется, прикипит, привыкнет.
Ей ли не знать, во что выливаются иногда случайные встречи.
Артём был за рулём, поэтому Леру больше с выпивкой не поддержал, только смотрел, улыбаясь, как она глушит белое вино.
— Ты аккуратнее там со своим директором.
— Я вижу, мы за эти годы с тобой неплохо спелись. Нам бы банки грабить. Ты тоже аккуратнее, — улыбнулась Лера. — Презервативы, Артём. А то что-нибудь намотаешь.
— Где ж их взять-то такого размера, — усмехнулся он.
— Сама же помнишь: всё рвётся.
— Ну, уж позаботься о своём здоровье как-нибудь. Не я же буду тебе этот ИхсЭль покупать.
Он сложил брови домиком, и Лера вытаращила глаза.
— Что, серьёзно?!
— Ну, ты же по аптекам каждый день мотаешься, — поковырял он вилкой край тарелки.
— Вот ты сволочь, а, — Лера покачала головой. — Ну ладно, помогу. Мне там надо ещё кое-что забрать. Созвонимся тогда?
— Конечно. Приезжай, посидим, вина попьём, — улыбнулся он.
Артём расплатился. Подал Лере пальто.
И всё же обнял её на прощанье, уже на улице, возле машины.
— Прости… но я всё ещё люблю тебя. По привычке, — вручил он ей букет, который Лера чуть не забыла.
— Это пройдёт, — она обняла Артёма, едва сдерживая слёзы. — Обещаю, пройдёт.
Он недоверчиво покачал головой, уже отпуская Леру и убирая прядь её волос, словно тянул время и не хотел расставаться.
— Можешь сказать Дашке, что решил расстаться со мной из-за неё. Она будет счастлива.
— Это лишнее, — усмехнулся он. — Я собираюсь трахать её, а не делать счастливой.
Лера прикрылась букетом, не веря, что она это слышала. Поправила воротник его куртки. Кожаная утеплённая зимняя. Артёму она так шла. И эта щетина. И эти щенячьи с поволокой глаза.
— Береги себя, Нелётчик!
— И ты себя, малыш, — улыбнулся он и махнул ей рукой на прощание, уже садясь в машину.
Лера, зябко ёжась в тонкое пальтишко, побежала обратно на работу и всё думала: где, когда, почему они всё это растеряли? Эти доверие и поддержку.
