Держи врага ближе

Его глаза такие удивительные, такие серебристые…люди падки на внешность, и я не исключение, ничего с этим не поделать, хочешь-не хочешь, а начинаешь ненароком любоваться такими красивыми чертами чужого лица. Сколько нужно было иметь совести, чтобы прятать такое лицо за волосами?

Я не в силах пошевелиться и продолжаю разглядывать своего неприятеля. Удивительно, но вся невозмутимость покинула вечно холодного Эштона. На его лице мелькают нерешительность и сомнение, на челюсти проступают напряженные мышцы - симптомы, указывающие на то, что у него в голове проходит какое-то мысленное сражение.

Мой взгляд невольно останавливается на мужских губах. Хотя уголки их редко растягивались в адресованной мне улыбке, на ощупь они были довольно приятными и мягкими.

Тяжелое, шумное дыхание невесомым перышком щекочет мои подрумянившиеся щеки. Размыкаю губы, чтобы сказать что-то, но ничего не приходит на ум, облизываю пересохшие отчего-то губы.

Откуда вдруг эта интимная обстановка? Мы уже целовались, и тогда не было даже вполовину так напряжно и страшно.

Моргаю, но цепкий взгляд Эйджа никуда не исчезает. Ладно я в ловушке, но он чего не встает? А что за странное выражение плещется на дне серебристых омутов его глаз?

Над нашими головами, разрушая царящую вокруг тишину, с гулким карканьем проносится мимо птица. Благодаря этому сумасшедшему созданию Эйдж и я наконец приходим в чувство.

- Хочешь продолжить?

- Что? – как-то испуганно переспрашивает Эштон.

Он сжимает губы в тонкую ниточку, отворачивает от меня лицо, отказываясь отвечать, убирает руки и встает с земли, отряхивается, вытирает ладони о ткань брюк.

Медленно сажусь, не спеша вставать, поудобнее устраиваюсь на траве, спиной опираясь о могучий ствол старого клена. Вырезанный из дерева кораблик оказался причиной моего неудачного и совершенно неуклюжего падения. Поднимаю занятную вещицу и кручу, рассматривая с интересом, в руках.

- А? – смотрю на возвышающегося Эйджа. - О, молодец.

Победитель поединка поджимает губы.

- За победу полагается награда, - подает снова спустя какое-то время голос, насупившись, Эштон.

Не могу сдержать улыбку, вспоминаются детские годы моего обучения под руководством дедушки. Мотивацией моей стараться и делать успехи во время тренировок с ним были его обещания не препятствовать мне объедаться до отвала сладкими десертами. Тогда я также настойчиво выпрашивала у грозного деда «награды».