Дерзкая подруга сестры, или Проучить тебя

У меня есть самый проверенный способ себя не выдавать — дразнить и грубить — Лиза с сестрой тогда воспринимают меня, как обычно.

— Эй, руки убрал! — резко дергаю чувака за плечо на себя.

— Че тебе надо? Я не с тобой собрался танцевать, — он поворачивает недовольный фейс, раздувая широкие ноздри.

— А вот это ты зря. Вдруг я тоже красиво танцую?

Реально, двигаюсь под музыку отлично.

И я показываю. Танец кулаком.

Чувак заваливается на компашку. Хуже всего, что с моим бургером, прилипшим к его морде. Блин, теперь новый придется заказывать.

— Что ты…фу…тьфу… Нормально сказать не мог? — хрипит он, отплевываясь.

— В следующий раз кроссовками буду кормить. Радуйся пока бургеру.

— А я тебя гвоздями накормлю! Евсей, ты совсем уже дикарь? Без тебя бы с ним разобралась.

Такую вот благодарность получаю. Чуваку и то повезло больше, мой ужин ест со своего лица.

— По-твоему, мне надо было ждать? Он почти тебя лапал!

— Ну не настолько же беситься! Какое тебе дело, с кем я стою? С кем танцую? — вредная зараза психует и толкает меня.

Открываю рот, чтоб справедливо на девчонку наехать. И какое мне дело, ищу…

Скажу, что родители попросили. Она не поверит. Драться меня бы они не заставляли, это уж точно.

— Может, я о твоем парне забочусь? Нечего ему изменять. Поняла?

— Ага, что ты дурак. Давным-давно понятно, — она гневно зыркает и показывает куда-то вдаль. — Там он, мой Илья. У нас доверие огромное. Чтоб ты знал!

Никакого чудика я там не вижу, зато несущуюся к нам сестру замечаю вовремя.

По пути попадается Ева с подружками. Но я успеваю пригнуться. Если увидит меня, то уже не отцепится. Все веселье испортит. Я вот только собрался ее кузена подергать за шкирку. Где он шляется, умник, когда к его девушке пристают чуваки?

Выныриваю из толпы и ровнехонько попадаю на белобрысого.

— Куда? Мы же только встретились.

Чудику путь преграждаю. И думаю, что с ним делать, как быть? Сразу в бубен дать или сначала спросить «как дела» для приличия?

Он как раз не думает, перекрикивая музыку, начинает орать:

— Помогите-спасите! — и пятится с испугом от меня, натыкаясь на чужие столы.

— Ты охренел? Я еще не тронул тебя, — на него надвигаюсь. — Не съем же я тебя! А ну иди сюда.

От моих обещаний белобрысому только плохеет. Бред несет, то ли напился, то ли Лизка довела.

— Умоляю, не кусай меня, не кусай, — машет, как на черта, на меня.