Уж кому как не мне понимать, что женщины к нему бегут, стоит ему поманить их куриной ножкой.
– Молчание – знак согласия? – вкрадчиво уточняет Влад, продолжая развлекаться за мой счет.
И вроде стебется, а глазами по мне шарит так, что единственное неосторожное «да» может обернуться качественной прожаркой одной молодой овечки.
– Это был комплимент, а не призыв к действию, – шиплю я.
Коварно ухмыльнувшись, Влад тянется рукой куда-то за стойку и как волшебник достает оттуда блюдо с миниатюрными канапэ. Ударяя в самое сердечко, он ставит его передо мной:
– Попробуй.
Хотели добавить к вашему меню…
И голос у него такой, как у искусителя, понимающего, что стоит мне попробовать, и я продам душу.
И хотя я уверена, что простой канапэшкой меня не возьмешь, что-то мне подсказывает, что уверенность Влада чем-то подкреплена. Скорее всего, практикой.
Дрожащей рукой я подцепляю самую безобидную на первый взгляд шпажку.
Вроде бы ничего суперкалорийного.
Но как только я отправляю ее в рот, у меня на языке происходит взрыв вкуса.
После достаточно однообразного рациона в последние полгода эта маленькая закуска становится потрясением. За нежной плотной дыней идет нанизанный волной тоненький слайс прошутто. Он такой жирненький и соленый, присыпанный трюфелем в самый раз, чтобы не успеть утомиться от его яркости. На фоне солоноватости мяса расцветает кисло-сладкий вкус вяленого томата, подчеркнутый перченой оливкой. Композицию завершает звездочка из свежего огурчика, своей сочностью замыкая круговорот ощущений.
Первый взгляд оказывается настолько ошибочным, что я, не понимая, как это происходит, съедаю все канапэ с этим сочетанием. Спохватываюсь, когда этот вид заканчивается.
С ненавистью и внутренней беспомощностью я смотрю на оставшиеся закуски.
Вот эта, например, с обжаренным сыром, маслиной, помидоркой черри и кусочком бри, запросто пустит под откос все мои усилия по похуданию. Или вон та… С маринованным огурцом, копченой белой рыбой, лимоном и долькой цуккини с полосочкой, оставшейся от сковороды гриль… Я не могу не представлять, какой гастрономический оргазм меня ждет, если я все это съем.
А ведь это даже еще не салат. Не говоря уже про мясо.
Но я смогу. Я сдержусь.
Я не съем!
Я кремень!
У меня есть сила воли! Да я кандидатскую защитила! Это стоило мне седого волоса в брови, но я не сдалась!
Неужели я не смогу устоять перед тарелкой с наскоро сварганенной закуской?
– Ну как? – тон Влада такой интимный, будто он принес мне завтрак в кровать.
