– Нет, я все сделаю как надо! Да, как обычно! Но вам нужно подождать – мне кажется, Стершин начал что-то подозревать… Нет… Да… И в этом есть и ваша вина тоже… Зачем светиться со своими отпусками?.. Значит, плохо предусмотрели… Вот только не надо…
Что именно «не надо», мне узнать не удалось. Увлекшись подслушиванием, я настолько вошла в раж, что забыла о предосторожности: стремясь не пропустить ни единого слова, я максимально вытянула шею, опершись на невесть зачем здесь находящийся оцинкованный таз.
В какой-то момент ненадежная опора зашаталась и с диким грохотом, выдавшим меня с головой, рухнула на землю.
Хоруженко тут же прервал разговор и в два прыжка оказался рядом.
– Что ты тут делаешь? – недобрым тоном поинтересовался он, сощурив глаза.
– Э-э-э… – Я огляделась по сторонам в поисках подсказки и тут же придумала весьма достойный ответ на поставленный вопрос: – Да вот, попариться пришла, – И ткнула пальцем в вывеску «Баня» на доме, возле которого мы стояли.
– Тазик хотела взять, – заявила на голубом глазу, подхватывая посудину, – да вот не удержала и уронила.
Мне показалось, что объяснение Олега удовлетворило. По крайней мере, из взгляда ушла настороженность, черты лица разгладились и смягчились. Кивнув, он произнес фразу, смысл которой стал мне ясен немного позднее:
– Хорошо. Только будь, пожалуйста, осторожнее!
Недоуменно пожав плечами, я, провожаемая пристальным взглядом парня, отправилась в деревянную избу.
И хотя в мои планы ранее не входило посещение парной, теперь не оставалось ничего другого, как, раздевшись донага (купальник благополучно покоился на дне дорожной сумки, располагавшейся, в свою очередь, в выделенном мне гостевом доме) и обернувшись лежавшим на полочке полотенцем, шагнуть в хорошо разогретое помещение.
Конечно, кроме меня, в жаркой парной никого не было – коллеги веселились на свежем воздухе, с наслаждением поглощая шашлык и горячительные напитки. Им и без того достаточно тепло.
Но делать нечего – нужно провести здесь хотя бы несколько минут на случай, если Олег ожидает снаружи. Ни в коем случае он не должен догадаться о том, что я стала свидетельницей его странного разговора с бабой Глашей.
Интересно, что скрывает эта парочка? Не то чтобы меня это касалось – в конце концов, моей целью по-прежнему остается Петров, – но ведь любопытство не порок. Нужно непременно подумать об этом на досуге.
