Дерзкая

Стоит только «запахнуть жареным», как сразу заиграют мышцы, готовые к любому действию, заблестят глаза, от которых не укроется ни одно движение. И вместо безмозглого, тупого на вид существа, вы будете иметь дело со сжатой пружиной, подчиняющейся опыту, навыку, острому уму и безошибочной интуиции. То есть с тем, что называется профессионалом.

Охрана молча и равнодушно оглядела нас, их лица не выразили удивления. Даррина, не останавливаясь и не произнося ни слова, подошла к высокой двери и решительно приложила руку к индикатору замка.

Замок пискнул, и дверь отворилась.

— Проходи, — она резко взмахнула рукой.

Это был большой светлый зал, отделанный желто-медовыми плитами, без всяких прикрас, штор и прочей ерунды. Большой стол-кольцо, несколько кресел вокруг, какой-то видеоприбор с огромным полированным экраном.

— Стой, — скомандовала Даррина и повернулась к высокому мужчине, шагнувшему к нам откуда-то из бокового выхода. Когда мужчина приблизился, Даррина положила правую ладонь на левое плечо и низко склонила голову перед ним.

— Ну, — мужчина нетерпеливо отмахнулся от ритуального приветствия. — Что это за чучело ты мне привела?

У него был низкий густой голос, который совершенно не вязался с его внешностью. На вид ему было не больше сорока. Породистое умное лицо человека, знающего цену себе и другим. Нос с небольшой горбинкой, губы четкого рисунка, глаза… Его глаза были мне знакомы. Темно-карие, блестящие, неподвижные. И короткие белесо-бесцветные с рыжинкой волосы.

— Это та самая женщина, о которой я тебе сообщила.

— Ты специально ее так одела? — недовольно заметил мужчина.

— Но, Виллен, я поспешила привести ее сразу, как только мы узнали о ее преображении. Мне не хотелось терять время на то, чтобы наводить лоск…

— Что ж, тебе придется потерять на это время после нашего разговора, — бесстрастно заметил Виллен. — Почему она так выглядит?

— Почти всю свою жизнь она была диким зверенышем с редкими проблесками связного мироощущения.

Но и тогда она жила чьей-то чужой жизнью. Неделю назад она устроила разгром в своей комнате и сама себя покалечила. Мы не смогли до конца понять, что с ней было, но очнувшись, она преобразилась. Это очевидно. Сейчас она так же разумна, как и мы с тобой. И я думаю, что ей очень интересен этот разговор, — закончила Даррина.

— Как твое имя? — повернулся ко мне Вилле.

— У меня их несколько.

Виллен пожал плечами и посмотрел на Даррину. Она нервно шевельнулась.