Дерзкий морпех

И уж вовсе не улыбалось, чтобы его сын в конце концов стал иностранным агентом, чужим цепным псом. В этот момент Мусса почему-то вспомнил упитанного рыхлотелого саудовского принца, рассуждающего о всемирном знамени пророка Мухаммеда.

«К брату в Сибирь тоже не подашься, его наверняка там чекисты пасут, моментом арестуют», – мысли полевого командира метались в поисках выхода, но все чаще и чаще возвращался он к образу имама Шамиля, а в нагрудном кармане лежала сложенная в несколько раз листовка от федеральных властей с предложением о сложении оружия.

Некоторые из полевых командиров приняли условия и даже стали потихоньку налаживать мирную жизнь, объявив джихад сепаратистам в горах.

Мусса, опираясь спиной на ствол дикой груши, бросил скользящий взгляд на расположившихся в тени моджахедов. Многие из них находились с ним бок о бок с самого первого дня образования отряда. «Они вряд ли захотят последовать примеру Шамиля».

К полевому командиру подошли двое обвешанных оружием мужчин. Это были ветераны афганской войны Медведь и Эльбрус, они так долго жили под этими прозвищами, что уже на откликались на свои имена.

На могучей груди Медведя отсвечивал эмалью орден Красной Звезды. Бывший сержант ВДВ получил его за тяжелый бой с отрядом афганских душманов, он тогда подавил огневую точку басмачей, и очень гордился наградой, никогда не снимая со своего камуфляжа. Несколько лет тому назад он, ничуть не колеблясь, зарезал афганского наемника, попытавшегося сорвать с его груди орден.

– Мусса, что будем делать? – Эльбрус присел на корточки перед Муссой, Медведь остался стоять за его спиной могучим утесом, сложив руки за спиной.

– Дождемся темноты и двинемся к границе, – немного подумав, проговорил полевой командир.

– Уходим в Грузию? – прогудел Медведь, не меняя своего положения. Все знали, что границу через Аргунское ущелье еще зимой перекрыли десантники и пограничники. Высадившись на вершинах господствующих гор, они оседлали все тропы, ведущие в Грузию. Теперь любой прорыв через границу редко обходился без боестолкновений.

– Нет, – покачал головой Мусса, он еще раз окинул свой отряд беглым взглядом. – Просто в том районе устроен тайник. Нам нужно пополнить запасы боеприпасов, особенно взрывчатки.

Оба боевика понимающе закивали, потом Эльбрус неожиданно спросил:

– Тимура проведать не хочешь?

Полевой командир лишь на мгновение задумался, взгляд его затуманился. Сыну уже исполнилось пять лет, но виделись они крайне редко.