Дерзкий морпех

На хуторе, где по-прежнему находился мальчик, стоял небольшой отряд моджахедов, в основном из выздоравливающих, но тем не менее Мусса, при всей любви к сыну, старался там бывать как можно реже, чтобы не «протоптать тропу» для врагов.

– Нет, – наконец решился Шеравин. – В другой раз.

Прикрыв глаза, он снова откинулся на ствол дерева. До наступления темноты еще оставалось время, и следовало набраться сил для ночного перехода.

Оперевшись на край стола, полковник Долгов кивком головы указал на выложенную из снимков мозаику.

На фотографиях виднелись четкие изображения деревенских построек. Некоторые из домов были обведены жирными маркерами.

– Операцию решено провести силами разведроты бригады морской пехоты. – Вадим Георгиевич выразительно посмотрел на Кутягина. – То есть – задача вашим головорезам, капитан-лейтенант. Роте выделяются две вертолетные эскадрильи. Четыре боевых ударных вертолета «Ми-24» и четыре транспортных «Ми-8 МТ».

Начинаем на рассвете, три «Ми-24» наносят удар по огневым позициям боевиков. Затем прикрывают высадку разведчиков. Четвертый курсирует за деревней и закрывает пути отхода, на случай, если боевики попытаются эвакуировать пацана в горы. На всю операцию отводится десять-пятнадцать минут. Затем погрузка на вертушки – и домой.

– Славно получается, – хмыкнул Кутягин.

– Главное – стремительность, как говорили немецкие парашютисты, «Буря и натиск», – самодовольно улыбнулся ГРУшник.

– Угу. А по каким целям будут работать летуны?

– Вот по этим, – полковник разложил перед разведчиком веером набор фотографий и стал перечислять: – Вот спутниковая съемка, это аэроразведка. Видишь, здесь четко видны огневые точки, посты охраны, караульное помещение и дом, где держат мальчика. Все как на ладони.

– Хорошо, захватили пацана, сели на вертушку. Возвращаться придется белым днем над территорией, которую контролируют боевики.

– Вас будут прикрывать боевые вертолеты, кроме того, перед началом операции ваша бригада выдвигается на максимально близкое расстояние, чтобы в случае чего оказать помощь.

– Написали на бумаге, да забыли про овраги.

– Капитан-лейтенант, не забывайтесь! – неожиданно басовито рявкнул командир бригады, до сих пор пребывающий в бункере немногословным свидетелем.