Дерзкий морпех

– Да нет, это уже были не свои – солдаты другого государства, которым за операцию пообещали большие премии и земляные наделы.

– А млеко, яйки случайно не обещали?

– Может, и обещали, только не обломилось. Какая бы Моська ни была злая, и лаять может на слона, а вот чтобы кусануть – уже чревато. – Капитан-лейтенант взял котелок и, перевернув вверх дном, грустно констатировал: – Горючее закончилось.

– Ерунда, – Латышев хмыкнул, протягивая руку к фляге. – Сейчас мы это дело поправим.

Пока шел процесс смешивания ингредиентов, военные темы как-то сами собой отошли на задний план.

Разговор вошел в русло обычной жизни.

– Семья где-то есть, Егор Сергеевич? – взбалтывая спирт с водой, спросил старшина. – Жена, дети?

– Жена Вика, в браке уже двенадцать лет, а вот детей как-то бог не дал. Как ни старались, – уныло сказал Кутягин, лицо его приобрело серый оттенок, стало еще угрюмее. – Я, между прочим, увел ее у своего лучшего друга. – И сразу же уточнил: – Ну, это я немного погорячился.

На самом деле все вышло не совсем так. Это был их первый лейтенантский отпуск, конец августа в Крыму. Вечером они договорились с училищным однокашником Вовкой, с которым свела судьба в одном отряде, первый день отпуска отметить как следует.

Встреча состоялась в открытом кафе на набережной. Вовка явился со своей подругой, по-хозяйски держа за талию растопыренной пятерней.

– Знакомься, моя герла, Вика, – прогрохотал приятель, представляя девушку, и тут же поинтересовался: – А ты чего один?

– Да как-то не успел обзавестись, – смущенно произнес Егор.

Он действительно все свободное время за два года офицерской службы тратил на совершенствование боевого мастерства, и как-то само собой вышло, словно в песне: «а девушки потом».

– Ну и правильно, – по-жлобски гоготнул Вовка, – еще успеешь. Жаб на наш век хватит, а пока предлагаю отметить наш отпуск горячим шашлыком и холодной водкой.

– Кто бы спорил, – улыбнулся Кутягин.

Шашлык был не только горячим, но сочным и ароматным.

Сдобренный специями, он буквально таял во рту.

Мужчины набросились на прожаренное на углях мясо, не забывая вовремя наполнять рюмки холодной водкой. Вика к шашлыку почти не прикоснулась, только пригубливала из высокого бокала густое рубиновое вино, время от времени поглядывая на мужчин теплыми и в то же время оценивающими серыми глазами.

Солнце закатилось за горы, и дневной свет уступил место разноцветным огням электрического освещения.