Дерзкий морпех

Эльбрус со своими людьми остался на месте, прикрывая тыл, три команды ушли в глубь Аргуна, чтобы встать заслонами в местах возможного появления пограничных патрулей.

С ядром отряда отправился сам Хаджибей. Обустройство партизанских тайников, как и пиратских кладов, всегда сопряжено с глубокой секретностью, и на подобные мероприятия берут только самых надежных, тех, кто даже под страшными пытками не выдаст тайны. Если золото флибустьеров обеспечивало богатство и славу, то тайник с боеприпасами в безнадежном положении партизанской войны мог подарить жизнь и свободу.

Боевики прошли по едва заметной, петляющей среди скал тропе к подножию высокой безымянной горы. Мусса Шеравин шел впереди отряда, ориентируясь по каким-то своим, одному ему известным приметам. Наконец полевой командир замер на месте и, указав на отвесный склон, буйно поросший зарослями дикого винограда, коротко произнес:

Вперед вышло шестеро молодых и наиболее крепких боевиков, они уже знали, что им предстоит делать. Поэтому, не мешкая, стали освобождать склон предельно аккуратно, чтобы не повредить лозы дикого винограда и тем самым не оставить следов для пограничников.

Вскоре им открылся зев небольшой пещеры, плотно заложенный кусками горной породы. Выдергивая камень за камнем, вайнахи начали быстро расчищать вход. Через минуту-другую по обе стороны выросли две кучи плоских камней, и боевикам открылся черный провал в глубь горы.

– Пошли, – скомандовал Мусса, включив висевший на груди американский военный фонарик.

Стоявшие впереди вайнахи посторонились, пропуская командира. Хаджибей остановился перед зевом пещеры, потом опустился на одно колено и быстро стал шарить руками по земле. Через несколько секунд он обнаружил то, что искал, – небольшую металлическую бляшку, сливающуюся с землей. Это был взрыватель противопехотной мины.

Мусса лезвием ножа очистил грунт вокруг взрывателя, потом достал из подсумка стальную шпильку, которой заблокировал ударный механизм. Один из молодых боевиков нетерпеливо сорвался с места, но Хаджибей успел ухватить его плечо и отдернуть, потом, выставив вперед указательный палец, назидательно, как маленькому ребенку, помахал перед носом.

Бледно-желтый свет электрического фонаря скупо осветил бугристые стены пещеры. Мусса Шеравин шагнул внутрь, внимательным взглядом окинул стены и потолок, откуда белыми нитями свисали пробившиеся сквозь горную породу корни дикого винограда. Медленно повел головой влево.