Дерзкий морпех

– Зачем дитю перебивать аппетит? – неодобрительно проговорил прапорщик Латышев. – Лучше бы он каши поел.

– Да не будет он есть твою кашу, – отмахнулся бортач, набивая свой рот. – Такое пережить – и у взрослого аппетит пропадет. А тут пацаненок. Но ничего, шоколад он не только сладкий, он еще и питательный, недаром летчикам дают…

Закончить свою тираду он не успел, с визгом в небо взлетела сигнальная ракета.

Разведчики, забыв о еде, в один момент разобрав оружие, заняли места у бойниц. Из леса никто не выходил, но моряки знали – там затаился враг…

Сабир по рации связался с Касимовым.

– Я их нашел, эмир. Но взять будет очень трудно, русские засели за стенами старой заставы. Без тяжелого оружия их не выковырить.

Ахмед Касимов находился в этот момент в бункере, сотрясающемся от разрывов тяжелых артиллерийских снарядов.

– Я отправлю к тебе несколько минометов. Все, что могу. Ты пока веди переговоры, предлагай им сдаться, обещай жизнь, свободу.

– Хорошо, эмир, я все сделаю, как надо, – пообещал помощник полевого командира. – Только с минометами надо поторопиться.

Погоня за русской разведгруппой не прошла даром для преследователей. Все моджахеды были изрядно измотаны долгим подъемом на гору. Бросаться с ходу на штурм было верхом недальновидности и даже глупости.

Отключив радиостанцию, Сабир вытащил из кармана некогда белую тряпку и, подняв ее над головой, вышел, выкрикивая на ломаном русском языке:

– Эй, русские, не стреляй.

– Командир, кажись, парламентария нам посылают, – наблюдая сквозь поросшую многолетним мхом бойницу, проговорил Латышев.

– Это не парламентарий, Леша, а парламентер, – поправил прапорщика Егор Кутягин.

– А по мне один хрен, дармоеды, – огрызнулся беззлобно Алексей, потом добавил: – Чего он хочет, вражина?

– Выясним, – проговорил Кутягин, уперев о стену автомат и расстегивая ремень с подсумками.

– Не срисует, – успокоил его Латышев. – Да ты никак, командир, собрался на переговоры?

– Так не пойдет, – покачал головой прапорщик. – Ты стратег, должен руководить всем имеющимся в наличии войском. А переговоры позволь вести менее значимым фигурам.

– Тебе? – усмехнулся капитан-лейтенант.

– Хоть бы и мне, – с вызовом проговорил Алексей.

– Только смотри не переусердствуй.