Топот шагов на лестнице означал, что в любую секунду в ее комнату ворвется еще больше людей.
— Посмел, — отозвался он, — потому что мне было необходимо убедить Джорджиану в своем намерении жениться на ней.
Женитьба? Он об этом ни словом не обмолвился.
— Лишь вопиющий поступок вроде проникновения в ее спальню и поцелуя мог уверить ее в серьезности моих намерений, принимая во внимание произошедший в наших отношениях разлом.
— Брак? — Миссис Уикфорд покачала головой. — Но Джорджиана клялась, что ничего подобного нет и в помине.
Что вы просто друзья.
— Тем не менее…
— Нет! Вы не можете на ней жениться. В противном случае…
Она резко захлопнула рот. В дверном проеме показались Бетси и Уиггинз, отталкивающие друг друга, чтобы увидеть, что могло заставить хозяйку так кричать.
— В противном случае? — подсказал Эдмунд, холодно глядя на миссис Уикфорд.
— Я лишь хотела сказать, что вы не можете всерьез рассматривать вероятность женитьбы на девушке вроде Джорджианы.
— Не только рассматриваю вероятность, но и предупреждаю, что вы сильно пожалеете, если вздумаете мне помешать.
— Я… — Миссис Уикфорд сглотнула. Заломила руки. Посмотрела на слуг через плечо.
— Вот именно, — мрачно подтвердил Эдмунд. — Мое пребывание в спальне Джорджи нельзя сохранить в тайне.
Он был прав. Это ведь лондонские слуги, нанятые вместе с домом и потому не преданные жильцам. Едва ли можно ожидать, что они не бросятся распространять такую сочную сплетню. О нет — бедный Эдмунд!
Тут он наконец отпустил руку Джорджианы, поднялся на ноги и подошел к двери.
— Вам выпала большая честь первыми меня поздравить, — решительно сообщил он слугам. — Мисс Уикфорд только что осчастливила меня, согласившись стать моей женой.
Левая бровь Уиггинза недоверчиво поползла вверх, а Бетси, всплеснув руками, заулыбалась.
— Мои поздравления, ваша светлость, — сказала она, приплясывая на мысочках.
— Благодарю, — отозвался Эдмунд и, сунув руку в карман, вынул несколько монет и вложил их в ладони обоих слуг.
Судя по тому, как крепко горничная зажала деньги в кулаке, а бровь дворецкого вернулась в нормальное положение, данная Эдмундом взятка оказалась достаточно щедрой, чтобы отбить у них охоту распространять злостные слухи, пересказывая случившееся всякому желающему. А таковых, вероятно, наберется не менее половины Лондона.
Заручившись расположением слуг, если не их молчанием, Эдмунд решительно закрыл перед ними дверь и повернулся к миссис Уикфорд.
