Дерзость на шпильках

Господи, с этой девушкой я скоро мазохистом стану! Вот только в эту секунду мне было наплевать на мои мысли, принципы, об этом можно подумать потом или вообще забыть этот момент временного помешательства. Сейчас я просто хотел, хотел получить свой предел в единоличное пользование!

Скромная? Хотела послать этого мужчину вместе с его переменами  в настроении и сказать, что да, это лично для него! Не успела, не смогла, как только приоткрыла губы, его язык проник внутрь, сбивая с мысли.

Схватила за волосы, чтобы отодвинуть его голову, но застряла где-то на середине этого процесса.

Этот непрекращающийся поцелуй лишал не только кислорода, но и способности ясно мыслить. И, кажется, это не я прижимаю его голову сильнее, не я, прогнувшись в спине, ещё плотнее прижимаюсь к мужскому телу, пока его губы оставляют рваные поцелуи на коже шеи вперемешку с лёгкими укусами. Не помню, чтоб раньше мне нравились укусы в силу излишней кожной чувствительности, но сейчас я была согласна, чтоб мной поужинали.

Во мне бурлили эмоции от злости и обиды до сводящей с ума страсти, и вся эта солянка требовала выхода, иначе захлебнусь.

Поэтому, когда Демидов начал стягивать с меня куртку и свитер, я уже не сопротивлялась, а помогала. Оставив на мне спортивный топ, уложил обратно.

Свою куртку он сбросил ещё в погоне за мной по квартире, так что, быстро сняв толстовку, снова вернулся ко мне. Мои руки, не спрашивая у меня позволения, тут же легли на его плечи, частично прикрытые футболкой без рукавов.

Артём будто нарочно оставлял одежду, создавая мнимый барьер между нами.

Я же не хотела этих преград, так что, схватив безрукавку на спине, потянула наверх, снимая с него. Секунду он сопротивлялся, а потом поддался, помогая мне. Его кожа под моими ладонями была горячая, как и губы, вернувшиеся к истязанию моего рта.

Помня о его больных рёбрах, по возможности аккуратно обхватила его бёдра ногами. Почувствовав степень его возбуждения, слегка потерлась об неё, вызывая невнятное бормотание мужчины в мои губы.

Слегка усмехнулась, вспомнив, как Артём успокоил меня насчёт его эрекции в мою прошлую ночёвку.

- Боюсь спросить, что тебя насмешило? – хриплый голос на ушко и лёгкий укус за мочку на десерт.

- Тогда не спрашивай! – выдохнула я, содрогнувшись от укуса и от перемещения его рта на мою грудь.

- Я всё-таки рискну! – настоял Демидов и прям через топ слегка прикусил возбуждённый сосок, рукой же накрыл вторую грудь, слегка покручивая ее вершину.