В эти времена о микробах и представления не было, но как же называлась зараза? Вспомнила!
– Миазмы от нечистот и мертвых тел могут попасть в воду, разнося болезни, – пояснила я, и поспешно добавила: – Я слышала это от одной знахарки. Если воду прокипятить, миазмы уйдут.
Под взглядом четырех пар глаз едва удалось удержать невозмутимое лицо. Вот сейчас как объявят меня ведьмой, да как… Хотя если я не путаю время, ведьм на костры потащат позже, сейчас больше ереси актуальны, а обсуждать богословские вопросы я точно не стану.
Юбер заправил за ухо седую прядь, подчерпнув ложкой каплю меда, отправил ее в рот, тут же пригубив из кружки.
– Да, сладкий в самом деле лучше. – Он задумчиво добавил: – Может, и про воду правда. Помните, лазутчики лягушатников продырявили бочки с вином и сбросили в колодец падаль? Половина лагеря… – Он осекся. – Простите, это неподходящая тема для обсуждения при леди.
Лягушатники? Сколько я помнила, Столетняя война между Англией и Францией закончилась в середине пятнадцатого века.
Значит, до открытия Америки еще лет пятьдесят… если в этом мире события развивались так же, как в нашем. Получается, о картошке, тыкве, сладком перце, кабачках и много чем еще можно и не мечтать. Жаль…
– Болезни живота – действительно неподходящая тема для обсуждения за столом, – улыбнулась я. – Но кипячение воды как раз и должно избавлять от подобных проблем, а травяной отвар пить приятней, чем кипяток.
Эгберд снова помолчал.
– Мне стоит обдумать все это. Погоди, – окликнул он меня, когда я отошла, чтобы вернуться за свой стол.
– Что кладут в этот… чай?
– Кипрей, душица, чабрец, – начала перечислять я. – Листья земляники, смородины, вишни… Да много чего. Думаю, любая деревенская знахарка подскажет вам негорькие и неядовитые травы, которые можно высушить и залить кипятком.
Эгберд благодарно кивнул, и я порадовалась, что он не спросил, какие травы я заварила в этот раз. Пришлось бы опять ссылаться на семейную тайну – раскрывать все секреты мне вовсе не хотелось. К тому же – людям, которые тоже наверняка не были откровенны со мной до конца.
"
"Доев, Фил ушел в лес, девочки отправились в деревню за сливками и мягким сыром, а еще поспрашивать, не продаст ли кто по дешевке прогорклый жир. Переводить доброкачественные продукты на свечи все-таки было жаль. С ними ушел Годфри, причем не стал спрашивать, нужно ли сопровождение. Услышал, куда девочки собираются, сказал, что присмотрит за ними, причем таким тоном, что возражать не хотелось.
