Сейчас многие плывут на неизведанные берега Индии, где, говорят, золото лежит прямо под ногами. Качка, дурная еда, но нет долгих переходов в седле, которые пока тяжелы для Годфри.
На какое-то время я перестала его слышать, совершенно ошалев. Неизведанные берега Индии – или Америки? Так какой все же нынче век на дворе? Спросить, рискуя вызвать подозрения? Или… а что мне даст точная дата? Ясно, что история здесь здорово отличается от нашей. Поэтому лучше вернуться к насущным делам. Рано или поздно узнаю, какой сейчас год от рождества Христова.
– Но можно ведь и вовсе не вернуться.
– Наемникам за это и платят, – пожал плечами Эгберд. – По дороге мы заехали в замок, Годфри хотел лично поблагодарить того, кому он стольким обязан. Альбин настоял, чтобы мы погостили неделю, а за день до того, как мы собирались уезжать, предложил работу и оплату. От оплаты я отказался.
– Вот как… – Это было все, что я могла сказать. Альбин-филантроп никак не желал увязываться с тем человеком, которого я знала.
Да и знала ли?
Зря я пристала к Эгберду. Легче от правды не стало, наоборот, все запуталось еще сильнее.
– А как вы с ним познакомились? Он не похож на человека, у которого много друзей.
Что я несу, наверняка ведь Альбин нанял его не только охранять трактир, но и выведать, что я из себя представляю. Не поверил до конца, решил проверить. Обидно, я-то ему верила…
Чему верила? Что он меня хочет? Так это очевидно и вовсе ни к чему его не обязывает. Или не просто хочет, а я ему небезразлична? Так это слово можно понимать как угодно.
Хороший борщ мне вовсе небезразличен – слопаю с удовольствием и добавки налью. Обещает защитить? Так вот, пожалуйста, в первый же день людей прислал.
– У него немного друзей. Мало кто готов знаться с незаконнорожденным. Я учил его боевой магии.
– Капитан стражи, чье место он занял, когда тот… то есть, получается, вы решили отправиться на вольные хлеба?
От меня не укрылась усмешка Эгберда при слове «решили».
Похоже, это за него решили. А еще похоже, что своими парнями он дорожит, раз написал человеку, который, вольно или невольно, выжил его с должности.
Если в истории, которую он мне скормил, была хоть капля правды. Я уже не знаю, кому верить. Хотя вряд ли Эгберд сейчас стал врать совсем уж внаглую, я ведь могу спросить у Альбина.
– Непохоже на него – так много рассказывать о себе женщине."
"– Он и не рассказывал, просто к слову пришлось.
