Но, похоже, он всерьез решил поверить в десяток невозможностей до обеда и потому молчал, пока я рассказывала, как споткнулась в темноте, как пришла в себя в его спальне и не сразу сообразила, где нахожусь. Как удирала, не понимая, что происходит, и про память настоящей Евы, которая мне досталась. Про давнее желание стать историком, родителей-врачей, научивших меня химии и первой помощи, и факультативные занятия в колледже. Наверное, этот рассказ нельзя было назвать связным, и я вглядывалась в лицо Альбина, словно от его реакции зависела моя жизнь – хотя так и было отчасти.
Решит, что я ведьма, и поминай как звали.
– Неисповедимы пути Господни, – задумчиво повторил Альбин, когда я закончила. Наверное, я переменилась в лице – вовсе не устраивало меня смиренное преклонение, потому он добавил:
– Нет, я верю, что ты человек. Но подобное тому, что случилось с тобой, не происходит каждый день, и как тут не задуматься – неужели он привел тебя сюда только ради того, чтобы сохранить мою жизнь? Или тех троих, что оказались рядом с тобой? Я бы не стал нанимать людей ради той Евы, что пришла ко мне.
– Но нанял ради той, что сбежала?
Он рассмеялся.
– Выходит, что так.
– Так ты мне веришь? – переспросила я. Почему-то очень важно было услышать прямой ответ.
– Верю. Ты очень дорога мне, Ева. Не понимаю, как так вышло, но это так.
Я обняла его, прижавшись щекой к щеке. Не знаю, сколько мы просидели так, просто греясь в объятьях друг друга. В реальность вернул свист откуда-то сверху и крик.
– Гости!
Я подхватилась, заливаясь краской.
– Извини, я…
Вот ведь принесло кого-то! Надеюсь, они просто пообедать, ночевать еще рано, да и свободная комната осталась только одна. Разве что если наемников переселить в нашу бывшую спальню. Но очень не хотелось бы этого делать.
– Беги, – сказал Альбин. Оглядел себя, хмыкнул."
"Из моря поднялся водяной столб, окатил его с головы до ног, сделав незаметным еще не подсохшее пятно на штанах. Промокшая ткань облепила тело, очертив широкие плечи и сильные бедра.
Я облизнула губы, ноги словно приросли к камням.
– Беги, – рассмеялся он. – Мне нравится, когда ты так смотришь, но не стоит заставлять гостей ждать.
Это был совсем небольшой обоз, полдюжины людей, дюжина навьюченых пони, которых хозяева не стали распрягать.
– Хлеба и эля, хозяйка, – сказал их главный, молодой еще мужчина, скорее даже парень. – И поторопись. Нам надо в город добраться, пока ворота не закрыли.
