Десять дней, девять ночей

Такой горячий и подрагивающий от нетерпения, что я невольно сглатываю и снова облизываю губы.

Провожу несколько раз рукой по члену, любуясь белесой капелькой на головке. А затем поднимаю орган вертикально и старательно облизываю его от основания до вершины. И, чуть дунув, наконец, беру его в рот. Сначала темно – розовую головку, а потом и сам член настолько глубоко, насколько позволяет мой рот.

Волна нестерпимого жара ударяет мне в промежность, когда я начинаю заглатывать его все глубже и глубже, старательно лаская языком.

– Ущипни себя за сосок, – велит он, – хочу видеть, как ты себя ласкаешь.

Я послушно обхватываю руками свою грудь, обвожу соски вокруг двумя пальцами и, захватив их, оттягиваю немного вверх и вперед. Андрей все это видит. Смотрит на меня сверху вниз, шумно дыша сквозь приоткрытые губы.

– Тебе нравится? Нравится сосать мне?

О, да! Это нереальное наслаждение! Чувствовать себя в его власти.

Я согласно моргаю и усиливаю давление языка на члене.

– Твою мать, – рычит он, намотывая мои волосы на кулак, начинает сам на себя меня насаживать под аккомпанемент собственных хриплых стонов.

Хотя, чувствую, что сдерживается. Мог бы жестче. Щадит меня.

Головка упирается в стенку глотки, задерживается на несколько секунд, затем покидает ее и вновь возвращается. Непередаваемые ощущения. Мне нравится. От непривычки из глаз бегут слезы, слюна обильно стекает по подбородку, капая на пол. Но я не прошу пощады, полностью отдаю себя в его власть.

Внезапно все прекращается. Со словом «хватит», он поднимает меня с колен, быстро вытирает лицо подолом сарафана и, подхватив под попу, несет, очевидно, в спальню.

Ставит на ноги, торопливо избавляет меня сначала от платья, а затем и от трусов. И легко приподняв, кидает меня голую на пружинистый матрас. Взвизгнув, я падаю на спину, и тут же поднимаюсь на локтях, бесстыдно разглядывая своего мужчину."

"– Раздвинь ноги, – его просьба звучит как приказ.

Я покорно выполняю повеление. И даже не краснею. Когда я успела растерять весь стыд? Сама от себя в шоке!

– Шире!.

Прикрывая глаза, чтобы скрыть горящую в них похоть, максимально раздвигаю ноги.

– Приласкай себя. Покажи, как ты это делаешь, когда никто не видит…

– Андрей… – шепчу я. Для меня это слишком интимно.

– Давай… Я хочу видеть, – глухо давит он, – И глаза не закрывай.

Я повинуюсь. Сегодня я очень послушна. Пробегаюсь двумя пальцами раскрытым складкам. Распределяю по ним прозрачную влагу. Делаю это, не отрывая взгляда от Андрея.