Десять ночей с бывшим

Ничего страшного не будет, только попугаем Шалаева и тебя сразу выпустим.

- А как же… твои слова? - Спросила я, не оглядываясь. Я смотрела в окно, упиравшееся в глухую высокую стену. Лучше в окно, чем на Давида. - Про то, чтобы отдать меня тебе?"

"- Соня… - Давид подошел сзади и приобнял меня за плечи. Усилием воли я постаралась не сбросить его руки. Он единственный тут, кажется, кто относится ко мне не враждебно и не стоило ухудшать ситуацию. Шалаев меня точно не спасет.

- Давид… Ты ведь сам меня ему привез.

Получилось неожиданно горько, словно я была на него всерьез обижена.

- Сонечка, я же не ожидал…

Он сжал мои плечи крепче, развернул к себе и обнял. И тут я разревелась в полный голос. Словно кто-то разрешил мне расслабиться после всего этого. После того, как меня отдали Алексу, чуть не изнасиловали, мучили… хоть и приятно, напомнила я себе, но все равно против воли!

Так сладко было наконец расслабиться в объятиях человека, который казался мне безопасным.

Давид довел меня до кровати, усадил и принялся гладить по волосам.

Потом по плечам. Потом прижал к себе, целуя в голову. А потом его рука легла на мое колено и шустро поползла выше по бедру, а губы внезапно стали настойчивыми и совсем не безобидными. Он нашел мой рот, накрыл его и сразу проник внутрь языком. Одна рука массировала грудь через халат, а другая уже почти добралась до самого сокровенного.

- Давид!

Я оттолкнула его и едва утерпела, чтобы не вытереть губы.

- Сонь, ну ты что? Ты же мне нравишься! - Сообщил он мне безотказный аргумент.

- Я же не Шалаев!

Я смотрела на него настороженно и зло.

- Не надо… - попросила я тихо. - Давид.

Внезапно его глаза вспыхнули какой-то черной злостью.

- Мне не надо, а перед ним ноги раздвинула за должность, да? Или потом и мне бы в благодарность досталось?!

- Перестань! - Я отодвинулась подальше.

- Потом поговорим! - Сказал Давид, вышел из комнаты… и все-таки запер ее.

А каким благородным казался…

Я все расскажу

Он вернулся вечером, когда забор за моим окном окрасился закатными красками.

Я сидела на подоконнике, кутаясь все в тот же халатик, уже проверив, что окно не открывается и с тоской смотрела на недоступную мне свободу. Когда ж я успела так попасть? Дался мне этот «Голд-Элит», шла бы в секретарши какого-нибудь строительного холдинга или к директору птицефабрики, чего бы нет? Как все. Или бухучет подучила бы и горя не знала. Бухгалтеры всем нужны.