Десять ночей с бывшим

- Сон слетел с него, зато расползлась ядовитая улыбка. - У нас трое полных суток. Ты не успеешь, Сонечка.

Он перевернулся на живот рядом со мной, поглаживая огромной ладонью мой пока еще плоский живот."

"Я сама с ужасом смотрела на него, представляя, как сейчас неумолимо становлюсь собственностью Алекса Шалаева, матерью его ребенка и теперь навеки с ним повязана.

Ребенка я хотела… но потом. Когда сделаю карьеру, встану на ноги и найду себе достойного мужа. Нормального, красивого, уважающего меня. Как Давид, а не как бешеный извращенец Шалаев!

Что случилось, почему его так накрыло, он же не собирался ничего подобного мне устраивать и на корпоративе даже обрадовался своей извратной душонкой, что можно развлечься таким способом!

- Если б я знал, как это охуенно, я бы делал детей всем своим бабам… - мечтательно заявил Алекс, глядя в потолок.

Его пальцы нежно скользили по моей коже. - Но с тобой, уверен, самое взрывное.

- Можно… мне в ванную? - Спросила я неловко. - Я… грязная.

- Вон возьми салфетки, - небрежно отозвался он.

- В ванную, конечно, нельзя, Сонечка, я не идиот. Три дня ты будешь здесь со мной, строго до срока. Я даже на работе отгулы взял. Будем трахаться как кролики, закрепляя результат. Нашпигую тебя своими живчиками по самое горло, пусть победит сильнейший. Станешь мамочкой… ух.

- Шалаев… это омерзительно, - скривилась я.

- Если тебе так не нравится эта идея, то почему ты стала такой мокрой, а, Сонечка? - Подмигнул он. - Тело не обманешь. Телу твоему это понравилось…

Самое ужасное было то, что понравилось не только телу…

Я пыталась взнуздать свои эмоции, вернуть их в норму, но что-то внутри меня сладко замирало, когда я представляла, что там, под горячей ладонью, уже творится невероятное чудо.

А голова… Еще немножко, и я смирюсь. И начну думать, как бы нам с будущим сыночком сбежать из-под надзора Алекса. Потому что его присутствия в своей жизни до конца моих дней я точно не собиралась терпеть!

Алекс. Провал

«Что случилось?» - все время спрашивала Сонечка.

Когда я кормил ее из рук, когда трахал нежно, глядя в глаза и погружаясь в горячее и мягкое тугое лоно, когда трахал жестко, вдалбливаясь в ее тело так, что она влетала головой в стену, когда доводил ее до пятого оргазма, и она дрожала, покрытая капельками пота, когда позволил наконец сходить в туалет и душ самой, но только на пять минут.

Она заглядывала мне в глаза и хотела знать, когда и как я изменился и вместо проигрыша в споре решил забрать себе ее жизнь и ребенка.