Потому, что даже сердитый – забавный. – Какой нафиг перерыв? От чего ты устала?
Громко смеюсь. Ситуация до невозможности комичная. Но мне нравится быть той, кого не бросают, а хотят отшлёпать за глупые предложения.
– Для твоих друзей я мышь, – напомнила Диме. – Для твоего брата. Всякие Регины засоряют мою карму.
– Ага, ты ей клок волос выдрала, – откровенно ржёт Дима.
– Ой, – отмахнулась. – Были бы свои, а так… у куклы Барби с боем отобрала.
– Прости меня.
– Дим…
Он целует меня в живот, прожигая кожу даже через платье.
Скользит ниже, заставляя ноги дрожать. Руки Димы жёстко фиксируют мои бёдра. Не даёт и возможности остановить это безумие.
– Что ты делаешь?
– Как что, глупая, целую тебя.
Чёрт побери, чёрт…
– Здесь?
– Здесь, – усмехнулся, уничтожая последнюю преграду между нами. Медленно стягивает с меня трусики, опуская их до самых туфелек. – Хочу тебя здесь.
Вот так и сдала свои бастионы, практически без боя. Фиговый из меня стратег.
Но как сопротивляться парню, от которого голова идёт кругом? Рядом с ним моя вселенная то сужается, то расширяется, а иногда и всё сразу.
Раскладывает меня на этой самой лавочке, не отрывая взгляда от моих глаз. Прикусываю нижнюю губу, когда он поднимает юбку моего платья выше.
– Держи его, – командует.
А сам снова целует в живот, проходясь по нему горячими губами. Языком вырисовывает узоры, медленно устремляясь всё ниже и ниже, разводят мои ноги в стороны, одновременно крепко прижимая к стене.
Откидываю голову назад, пока его пальцы скользят по влажным складочкам, дразня и испытывая меня на прочность.
– Дииим, – сладко протянула. – Пожалуйстаа…
К пальцам присоединяются губы и язык, медленно вынося меня за пределы реального. То едва прикасается, нежно лаская, то добавляет ритма и напора, заставляя все мышцы содраться. Ноги бьёт крупная дрожь, все мышцы сводит, по венам течёт концентрированный огонь. Чувствуя скорую разрядку, выгибаюсь. Открываюсь перед ним ещё сильнее, цепляюсь руками в широкие плечи, привлекая моего Диму к себе.
Но он не даёт дойти до грани, закидывает на плечо и несёт за собой в дом. Всё во мне кипит от негодования, но вряд ли я бы сейчас смогла идти сама. Всё тело ослабло, налилось каким-то сладким дурманом.
Я даже толком не понимаю, как мы оказались внутри какой-то из гостевых спален. Потому что находилась в около коматозном состоянии. На рубеже между Раем и Адом. С моим Димой.
