Ни то чтобы слишком серьёзно относилась к занятиям в школе искусств и мнила себя великой танцовщицей, нет. Вообще-то собиралась работать журналисткой, по специальности. Но тут уже дело принципа.
И опять магистратура, чтоб вас!
Раздался звонок в дверь, матушка тут же подскочила к ней, вставив ключ в замок и провернув его по часовой стрелке.
– Вот, репетитор пришёл, веди к себе в комнату.
Угу, разбежалась!
Молча оттолкнула в сторону Антона (Михалыча!) и выбежала на лестничную клетку.
– Маша! – донеслось вдогонку.
– Если не вернёшься сейчас же, можешь вообще забыть про этот дом!
– Плевать!
***"
"Самое фиговое во всей происходящей ситуации – мама отходчивая. Причём остывает моментально. Уже через час принялась названивать мне, а после и строчить смски, одну за другой.
А вот я реально была зла, как бешеная фурия.
Хотелось так пафосно заявиться домой, пройти в комнату прямо в обуви, собрать все свои вещи в узелок и красиво продефилировать в закат. Атмосферно же, ну!
После выступления долго сидели с девочками в кафе, отмечали.
Заняли первое место на соревнованиях. Несмотря на то, что Настя во время танца растянула лодыжку. Впрочем, она как-то умудрилась не запороть свою партию. А уж потом скакала на одной ноге и выла от боли, словно её на части режут.
Дальше девчонки разъехались, да и мне тоже пришлось топать в сторону дома. Специально отправилась самым длинным маршрутом из всех. Сначала на автобусе, с него пересела на трамвай и от метро уже двинула прогулочным шагом в сторону своего района.
Чтобы вы понимали, моя безумная матушка наворачивала круги у парадной, а на скамеечке, сменив почётный караул из бабулек, сидел мой недавно объявившийся папаша.
– Маша! – то ли кричит, то ли плачет мама. Но не ведитесь, это всё спектакль одной актрисы. – Разве можно так себя вести? Где ты шляешься ночью? Почему на звонки не отвечаешь? Не молчи, в конце концов!
Игнорирую.
Потому что, если куплюсь и пойду у неё на поводу, станет куда хуже. Мне моя свобода и независимость сильно дороги.
Мама должна понять – я взрослый человек и хочу сама устраивать свою жизнь, а не плясать под чужую дудку.
– Ир, успокойся, – папаша пытается корчить из себя доброго полицейского. – Мария не маленькая девочка, сейчас всего двенадцать ночи.
Угу, в адвокаты заделался, вы на него посмотрите! Раньше как-то надо было дочерью интересоваться.
Раздался мощный рёв двигателя, от которого аж уши закладывает. На паре машин даже сигнализации сработала.
