А потом громче:
— Да!
Себастьян поднялся и заключил девушку в объятия. Вокруг них радостно загомонили. Не все, но многие, так что момент обрел даже некоторую театральность. И Себ запоздало осознал, что не хотел этого. Он, конечно, и сам радовался, что публично взял верх над дядей (и он никогда не станет настолько чист сердцем, чтобы отказаться от этого чувства), но пока он обнимал Аннабель и улыбался ей в волосы, в толпе начали скандировать: «Поцелуй! Поцелуй!» — и Себ понял, что не хочет целовать невесту на публике.
Этот момент священен. Он принадлежит им и только им, Себ не желал ни с кем его делить.
Этот момент у них еще будет, молча поклялся он, отпуская Аннабель и весело улыбаясь Эдварду, Луизе и остальным гостям леди Чаллис.
Если бы он писал роман, именно так в нем бы все и произошло.
Глава 24
В ее комнате кто-то был.
Аннабель замерла под одеялом. Ей едва удалось уснуть, — мысли неслись вскачь, она была слишком взволнована и восхищена собственным решением отбросить осторожность и выйти замуж за Себастьяна.
Однако упрямство вкупе с коронным приемом Аннабель — ни за что не открывать глаз — в конце концов привели к желанному результату. Она таки заснула.
Правда сон, по всей видимости, вышел не слишком-то глубоким, а может, все дело в том, что прошло лишь несколько минут… Но что-то ее разбудило. Какой-то шум. Или ощущение, что по комнате кто-то ходит. Определенно там кто-то есть.
А вдруг это вор? Тогда лучше всего замереть и не двигаться. Ничего ценного у нее не найдешь, все ее побрякушки фальшивые, и даже «Мисс Сейнсбури и загадочный полковник» всего лишь третьего издания.
Вор быстро все поймет и уйдет.
Ну, а если это не вор… Черт возьми, тогда положение у нее отчаянное. Ей понадобится оружие, а в ее распоряжении всего лишь подушка, одеяло и книга.
Все та же «Мисс Сейнсбури». Аннабель почему-то полагала, что это вряд ли ей поможет.
Если это не вор, ей, видимо, стоит попытаться потихоньку выбраться из кровати. Чтобы спрятаться? Попробовать добраться до двери? Стоит ли вообще что-нибудь предпринимать, или нет? Стоит? Или нет? Что, если?.
. А вдруг?..
Аннабель крепко-прекрепко зажмурилась, но только на мгновение, чтобы слегка успокоиться. Сердце у нее стучало, как сумасшедшее, ровно дышать ей удавалось ценой неимоверных усилий. Ей необходимо подумать. Пораскинуть мозгами. В комнате очень темно. Занавески толстые и полностью закрывают окна. Даже в полнолуние — а сейчас не полнолуние — ни лучика не проникает внутрь.
