– Но ты, скорее своего, женат, – зачем-то озвучила свои мысли Таня. – Так что все равно ничего не выйдет… Я не связываюсь с женатыми даже на курортах.
– Я в разводе уже восемь лет, – признался Сергей. – А теперь ставь цветы в вазу, и пойдем к детективу отеля, вечером у нас ужин в рыбном рестораны на берегу моря…
После того как Егор был доставлен в полицейский участок и Таня с Сережей дали показания (это было не так долго и страшно, как ей думалось), можно было возвращаться в отель. Что они и сделали. А вечером отправились в рыбный ресторан, где ели тунца под белым соусом и пили белое вино.
На столе стояли свечи, приглушенно звучала арабская музыка. Обстановка была очень романтичная. Никогда в жизни Таня так здорово не отмечала 8 Марта.
– Смотри, твоя знакомая! – воскликнул Сергей.
Таня обернулась и увидела Веру. Она шла по берегу под ручку с красивым молодым арабом, и на ее лице читалось выражение полного довольства судьбой. Оно же прослеживалось на физиономии Григория, возлежавшего на лежаке чуть поодаль.
В его руках было по стакану чистого виски, и он подносил то один, то другой ко рту, отхлебывал, смакуя, затем отодвигал руку и рассматривал янтарную жидкость на лунный свет.
– Ты, случайно, не замужем? – спросил вдруг Сергей. – А то у меня спросила про семейное положение, а о своем скромно промолчала.
– Случайно нет, – ответила Таня, смутившись. В тридцать лет уже пора было «окольцеваться» и даже развестись.
– Хорошо, – улыбнулся Сережа. – Значит, наш экстремальный роман сегодня не закончится.
– Почему именно сегодня? – спросила Таня.
– Потому что завтра я улетаю. – Он взял ее за руку. – Когда ты вернешься, встретимся?
Таня, просияв, кивнула. Похоже, не зря она послушала Свету и поехала в Египет… Да и в телефон Гоши залезла не зря. Если бы не это, она никогда бы не познакомилась с Сергеем и не узнала, что такое любовь с первого взгляда.
Евгения Михайлова
Яков и Мирослава
Он потерял дар речи, когда увидел ее впервые. Все, что он по крупицам, по картинкам, мелким догадкам и тайным ощущениям знал о тайне женской прелести, все было собрано в ней одной.
В новом коменданте их большого дома Мирославе Арсеньевне Игнатовой. Она была полноватой и в то же время стройной. У нее была высокая грудь, крутые бедра и сильные, плотные ноги. А в ее лицо Яков не мог долго смотреть, глаза слепило. Круглое, светлое, как луна в полнолуние, оно освещалось карими бархатными глазами с горячей золотистой глубиной. Рот был манящим и улыбчивым.
