Онлайн-библиотека книг
Бедный Борис! Хочет выглядеть перед Фридой значительным человеком, а значительность его совсем в другом.
Мария Федоровна насмешливо кивнула головой.
— И вам надо: индустриализация, пятилетка… Вас свободы лишили — вот о чем подумайте. Вы рассуждаете, что будет с краем через пятьдесят лет, какая, мол, Сибирь станет… А вы думайте, во что через эти самые пятьдесят лет превратится человек, которого лишили права быть добрым и милосердным.
— Все же очевидных фактов отрицать нельзя, — сказал Анатолий Георгиевич, — в России промышленная революция.
Этот седенький, пушистый старичок совсем не вязался с Сашиным представлением об анархистах.
— Что же вы здесь сидите?! — воскликнула Мария Федоровна. — Откажитесь! В академики выскочите!
— Нет, — возразил Анатолий Георгиевич, — пусть знают: инакомыслие существует, без инакомыслия нет и мысли. А работать надо, человек не может не работать, — он показал на рассаду, — вот еще помидоры развожу, арбузы.
— За эти помидоры вы первым и уплывете отсюда, — заметила Мария Федоровна, — суетесь со своими помидорами, а колхозникам надо решать зерновую проблему.
Она вздохнула.
— Раньше еще было сносно, работали ссыльные у крестьян или жили на то, что из дома пришлют, мало кто ими интересовался. А теперь колхозы, появилось начальство, приезжают уполномоченные, каждое незнакомое слово оборачивается в агитацию, что ни случись в колхозе, ищут виновного, а виновный вот он — ссыльный, контрреволюционер, это он влияет на местное население, так влияет, что и картошка не растет, и рыба не ловится, и коровы не телятся и не доятся.
— Да, — улыбнулась Фрида.
— Одного только добились, — усмехнулась Мария Федоровна, — мужик воевать не будет. За что ему воевать? Раньше боялся, вернется помещик, отберет землю. А сейчас землю все равно отобрали, за что ему воевать-то?
— Это вопрос спорный, — сказал Саша, — для народа, для нации есть ценности, за которые он будет воевать.
— А вы пойдете воевать? — спросила Мария Федоровна.
— Конечно.
— За что же вы будете воевать?
— За Россию, за Советскую власть.
— Так ведь вас Советская власть в Сибирь загнала.
— К сожалению, это так, — согласился Саша, — и все же виновна не Советская власть, а те, кто недобросовестно ею пользуются.
— Сколько вам лет? — спросил Анатолий Георгиевич.
