Дети белой крови

Я хочу, чтобы мы выбрали развитие!

Элементали слушали его, патрульные вампиры откровенно насмехались над ним, но не слишком громко, и Линейро с гордостью игнорировал их. Все это были мелочи, Алеста то и дело посматривала на Дворец, она чувствовала: если беда и придет, то только оттуда.

– Он хоть знает, что он твой брат? – спросила Керенса.

Они вместе устроились у одного окна, Родерик наблюдал за площадью через второе.

– Ты не скажешь ему?

– Я не знаю, как такое сказать.

Да и нужно ли? Не захочет ли он тогда покинуть Сивиллу и переключить свое внимание на Великие Кланы? Алеста не знала, имеет ли она право разрушать то, чего немалой ценой добилась Фьора.

Поэтому пока она позволяла себе не принимать решение, она просто выжидала, что будет дальше.

– Смотрите! – насторожился Родерик. – Похоже, кое-кому речь нашего вестника прогресса показалась очень интересной!

Как и предполагала Алеста, главное зло скрывалось во Дворце. Сначала они почувствовали его, а потом и увидели – тонкую, почти женственную фигуру, появившуюся среди древних колонн.

Мужчина с белыми волосами наблюдал за Линейро с непередаваемым спокойствием, и кажется, он был доволен.

– Серапис, – мгновенно определила Керенса, легко узнававшая великих чудовищ, как и все представители ее клана.

– Линейро говорил, что разрешение было подписано Аурикой…

– Знаешь, я сильно сомневаюсь, что Аурика вообще была здесь вчера или сегодня, – признал Родерик. – Просто ее имя известно всем, и они этим пользуются. Думаю, то, что происходит здесь, – скорее его план.

Лучшим доказательством его слов стали насекомые, появившиеся над площадью. Они не нападали, просто летали среди собравшихся горожан, но их становилось все больше. Алеста видела, как элементали досадливо морщились, отгоняя от себя крупных черных мух. Многие нелюди прижимали руки то к шеям, то к щекам, резко и быстро, словно надеясь убить надоедливого комара.

– Их жалят, – догадалась Алеста. – Но зачем устраивать для этого шоу? Насекомые и так повсюду, они, если захотят, в любой дом проберутся!

Родерик не стал отвечать ей, он сорвал с кресла плед и закрыл им щель в люке, ведущем на чердак.

Керенса в это время убедилась, что каминная труба, проходящая через крышу, лишена отверстий и выбоин. Эти двое определенно считали, что нападение насекомых не похоже на то, что Серапис творил раньше.

Он и сам доказал это, когда вышел на сцену. Небрежное движение его руки – и Линейро со своими спутниками повалился на мостовую.