Дети белой богини

Да постар­ше Германа будет! Машины у них похожи.

- У кого? - не поняла собеседница.

- У гаишника этого и у Горанина.

- Так, может, кто перепутал?

- Может, и перепутал. У нашего Германа не­навистников много.

У него перехватило дыхание - не в бровь, а в глаз! Но тут одна из кумушек всплеснула руками:

- Ой! Сериал же начался! Заболтались мы с тобой!

- Пойдем ко мне, муж-то аккурат опосля се­риала с работы придет, я уж привыкла. Как по часам сверяюсь. А потом мы на дачу. Тебя не под­везти?

- Спасибо, выручите. Капуста-то еще сидит.

- Да и мы по капусту. Только не рано ли? С месяцок бы еще посидеть.

- А говорят, у соседей половину кочанов уже срезали. Надо бы поспешить.

-Да что ты?!

Продолжая обсуждать животрепещущую тему, воровство на дачах, обе направились к подъезду. Он нагнулся, чтобы завязать шнурок, и тут увидел это. Ломик, о котором говорили жен­щины. Кто-то засунул его под лавку да так там и оставил. Вытащив ломик, повертел его в руках. Гм-м-м... Что-то знакомое. Вещицу эту он уже держал когда-то в руках.

Его размышления были прерваны вышедшим из-за угла дома человеком. Высокий широкопле­чий мужчина, насвистывая, направлялся к разби­той машине. Его темные волосы ласково трепал ветерок, накинутая на плечи кожаная куртка под­черкивала ладность мощной фигуры. Так выгля­деть и вести себя мог только один человек в городе - Герман Горанин. Пришлось быстренько зай­ти в подъезд и уже оттуда понаблюдать за ним. Тот подошел к машине, потрогал разбитую фару. Потом присел на корточки, осмотрел бампер, под­нявшись, внимательно стал разглядывать лобовое стекло.

На улице было тихо и безлюдно: популярный сериал уже начался. Оглянувшись по сторонам, Герман Горанин подошел к лавке и заглянул под нее. Когда распрямился, лицо у него было озада­ченное.

- Не это ищешь? — спросил Завьялов, выходя из подъезда.

Герман вздрогнул:

- Зява, ты? Что ты здесь делаешь?

- Гуляю. Прогулки на свежем воздухе полез­ны для моего здоровья, - усмехнулся он. - Разве не так?

- В общем-то.

Герман выглядел растерянным. И не отводил глаз от ломика в его руке.

- Так ты это ищешь? - Александр качнул тя­желой железкой.

- В общем-то... Да. Это.

- На. Возьми.

- Откуда он у тебя? - с опаской спросил Горанин, не притрагиваясь к ломику.

- Нашел. Под лавкой.

- А зачем ты туда полез?

- Шнурки хотел завязать. Гляжу - он лежит Думаю, хорошая вещь, в хозяйстве пригодится. А ты здесь какими судьбами? Вроде бы должен быть на работе. Это я человек свободный.