Как и он. На самом деле он собиралсяя прийти на лекцию где-то часа через три после ее начала, а потом написать статью о том, что я говорил! Только после того, как я показал, насколько смешным и недопустимым являлось это — он согласился постараться прийти туда раньше. Это просто подтвердило то, что мое первое впечатление оказалось правильным. Его не интересовало, что я говорил, статью и ее тему он уже имел в своей голове. Как и многие из них. Даже тогда он провел много времени вне театра и потому не мог услышать свидетельств, предоставленных мною.
Что за оскорбление для его читателей, и как же он должен был их презирать, чтобы вести себя подобным образом. В течение всего дня, как говорили моей семье люди из аудитории, Каули задавал им глупые и направляющие вопросы, и для них было очевидно, что он собирался провести разрушительную работу. Между тем, он считал, что свои истинные намерения он хорошо спрятал! Вы будете смеяться. И в действительности, в конце люди стали смеяться над ним, когда он порхал туда-сюда из театра, делая свои намерения столь очевидными и думая, что всего этого никто не заметит.
Он говорил со мной около сорока минут о моем умственном состоянии (я отличаюсь, поэтому я должен быть сумасшедшим) и об удивительном происшествии, случившимся со мною в Перу в 1991 году (никаких цитат об этом он не привел). Мне не задано было ни единого вопроса о заговоре. Из всего этого «исследования» Джейсоном Каули, одного из наименее интеллигентных «журналистов», встреченных мною в жизни, фактически было опубликовано следующее:
«Зрение Айка затуманилось с его становлением более бредовым и параноидальным, и более чем просто зловещее, как и более сумасбродное — содержится в его теории заговора».
[570]
Это было написано человеком, который не знает, о чем я говорю, потому что он и не побеспокоился об этом. Закончил он выводом что, возможно, величайшим секретом будет являться отсутствие какого-либо секрета и что не существует никакого поля, охватывающего все. Некоторые замечательные и незакрепощенные ученые будут удивлены услышанным, но кто посмеет подвергнуть сомнению всезнающего, не-исследующего мистера Каули или же журналистское стадо, которым он управляет? Проблема с моими представлениями, сказал он, состоит в том, что они не основаны на священных текстах или вере в единственное божество.
Он попросту посетил лекцию (или, быстрее всего — нет), в которой я сказал, что все существующее есть одно бесконечное сознание. Он процитировал Г. К.
