Мастер, даже не сдерживая ироничной усмешки, уточнил, нужно ли мне время, чтобы обдумать услышанное. Я коротко качнул головой, очень-очень широко улыбаясь. В версию Анха я поверил целиком и полностью в тот же самый миг, с невероятной радостью осознавая, что это все было не зря. Что я принял самое верное на свете решение, отдав Пустоту в его руки. И что я сам – самый счастливый человек во всем мироздании, потому что могу учиться сейчас у Великого Мастера. Все, что он говорил, было прекрасно настолько, что я не мог бы выразить этого ни одним доступным человеку способом.
А еще я больше не испытывал ни капли сомнений по поводу того, стоило ли говорить о ней миру – стоило, полностью. Вот именно так, с контролем и бережно, понимая всю силу того, что сосредоточено в руках у мейедена. Так же, как следовало знать о Разуме, полностью отдавая себе отчет в том, насколько опасен может быть ассаден.
– Когда ты знаешь Пустоту такой, аккари, – с ироничной улыбкой произнес Анха, – как думаешь, стоит ли ее плести?
Дар Мейет.
Дар направлять энергию жизни. Усиливать или ослаблять. Успокаивать или разгонять. Дар поддерживать и менять баланс ткани мироздания.
– Да, севойо. – Я продолжал бесконечно восторженно улыбаться.
– Она все еще может быть оружием, – спокойно напомнил Анха, – невероятно опасным оружием. В том числе и в руках элледа. В руках любого мейедена.
– Ты говорил, севойо, что, когда она здесь, есть правила, за нарушение которых мы можем спросить. – Я вздохнул, стараясь успокоиться, потому что мастера, кажется, начинали несколько смущать мои эмоции.
– Значит, именно здесь она в безопасности, правильно? Маги Элледа не позволят себе угрожать ткани мироздания, они эти правила точно знают и забыть не могут.
– Спрашивать будешь ты, аккари Найт. – Анха чуть склонил голову вбок, внимательно меня изучая.
Я на секунду прикрыл глаза. Теперь в свете всего, что я услышал от учителя, использовать Пустоту для убийства казалось еще более неправильным, чем раньше. Когда для меня черные Нити были просто опасностью и могущественным оружием, способным разрушить собой не только жизнь, но и сам мир, не касаться их было легко и просто, как бы на самом деле они ни манили и ни звали любого из нас.
Теперь, когда я осознал, чем на самом деле являлся дар Мейет, необходимость уничтожать с его помощью стала еще страшнее и тяжелее прежнего… Я знал, что делать это придется. Знал, что это – неизбежное зло в условиях всего, что происходит на Востоке.
