Детка

В один момент я не выдержала и, вскочив с места от нервного напряжения, принялась мерить шагами комнату. Грант уткнулся в свой ноутбук и сделал вид, что не мне сейчас устроили допрос с пристрастием.

— Послушайте, я понимаю, почему вы задаете вопросы про родителей. Пусть и достаточно провокационные, но они относятся к делу! Но при чем тут моя личная жизнь, а? ""С кем первый раз поцеловалась? Девственница ли вы?.."" — что это?! К чему, а?

Седовласый старик с вычерченными, словно под линейку, чертами лица, слегка приспустил очки овальной формы и закинул одну худую ногу на другую.

Его черный костюм натянулся и широкая папка в руках качнулась. Судя по всему, именно в ней были все идиотские вопросы, которые он собирался мне задать.

— Что же, раз вы не доверяете мне, как профессионалу, придется пояснять на пальцах… — немного раздражительно бросил он. Это, кстати, был первый и последний случай, когда мужчина высказал предложение, не относящееся к делу. — Ваше наследство — лакомый кусочек, а в нашем законодательстве так много лазеек, что можно глыбы протаскивать.

При желании я запросто выдам вам заумную схему, после которой вы останетесь в одних трусах, хотя по всем известным законам нашей странны наследство отобрать невозможно. Ой ли?.. Так вот, на суде будет очень грязная игра. Вникать вам в нее не нужно, но когда вас вызовут на допрос, вы должны быть готовы к любому вопросу и ответить на него с каменным, ничего не выражающим, лицом. Я должен понять, где ваши болевые точки и… так скажем, разработать их. Чтобы они больше ""не болели"" и вы могли говорить о них спокойно. Ясно изъясняюсь? — голос мужчины был спокойный, уверенный, обволакивающий. Я бы сейчас добровольно отдала ему все свои деньги, ведь черные глаза гипнотизировали и притягивали, как магнит. Открыв рот от того, как логично звучат все его доводы, кивнула, на что получила легкий намек на улыбку и вопрос: — Так ваша слабость — личная жизнь? Говорите о ней. Но сперва ответьте на мои ранее заданные вопросы."

"Он попал в ""яблочко"". На самом деле, личная жизнь не была для меня чем-то запредельно скрытным под семью замками. Но не когда в соседнем кресле сидел Марк Грант! Тем не менее, умом я понимала, как выглядела бы в суде, перед целой тучей людей, задай мне адвокат такой вопрос. Ему хватило бы одного намека на мое замешательство, чтобы обратить все с свою пользу.