Приверженная

Мне говорили, что слезы — признак слабости. Мне говорили… Много чего говорили! Но никто не предупреждал, что друзья могут оказаться предателями, парень изменщиком, а родители бросить на произвол судьбы. Мир делился на черное и белое до того, как я встретила Его. Кирилла Шакалова.Он перевернул все с ног на голову, разбил розовые очки стеклами во внутрь, а я… Я подарила ему гнилое яблоко. Соблазн был слишком велик, он не мог отказаться.Шаг и мат.Мои слезы — это не слабость. Это скорбь, прощание и прощение.

Она сводила меня с ума.

Каждый ее взгляд был словно оголенное лезвие ножа, пронзающее насквозь острыми шипами. В самую душу. В самое сердце. В самую суть.

Еще в тот роковой день на свадьбе я понял, Она будет моей. Девушка с глазами спелой черники, волосами в тон самой темной смолы, а кожа… Господи, как же она пахла молодостью и наивностью! Чистый соблазн.

— После приема она не должна уйти. Привези ее ко мне домой. — одернув охранника, шепнул ему на ухо, показывая пальцем на девушку в костюме официантки.

Тонкая блузка облегала ее идеальные формы, подчеркивая подтянутую, достаточно большую грудь, когда узкая юбка выгодно выделяла упругие ягодицы, заставляя весь вечер безвылазно сидеть на стуле, пряча безостановочную эрекцию.

Знал, она будет моей. Стоит только поманить пальцем, показать свои возможности и дать почувствовать все перспективы рядом со мной. Добиться ее будет так же просто, как и других.

Но жизнь закрутилась иначе. Заставляя ненадолго отвлечься от странного желания, и когда я уже было подумал начать поиски Чернички, она объявилась сама.

Пришла ко мне домой, с гордо поднятым подбородком, смотря в самую душу большими черничными глазами. Мой чертов героин!

«За эти глаза можно убить…» — неосознанно пронеслось в голове, когда я рассматривал ее пухлые губы, острые скулы, тонкую шею, узкую талию и стройные ноги. «Она выглядит идеальной. Слишком идеальной!»

И это испугало. Впервые в жизни после стольких лет меня что-то испугало! Я доказывал самому себе снова и снова, что она не такая, не достойная и хватит разглядывать ее с открытым ртом, выжидающе потирая пах.

Чем она лучше обученных шлюх? Чем она умнее всех прошлых баб? Рушил, ломал, уничтожал…

Ничем… Ничем. Ничем? И все же она была другая. Лучше, чище, с вечными розовыми очками. Нужно было отпустить и я отпустил. Только не я вернул ее себе, тут уже виновата судьба. Чертовка буквально кинула мне ее в руки с моим же ребенком, выкрикивая: «Это твой шанс, мужик!»

И я решился.