Детка

Но будем вместе! Ты будешь носить мою фамилию, родишь мне маленьких голубоглазых Деток, а затем мы состаримся вместе и умрем в один день!

— Черт, Марк… — на глазах появились слезы, то ли от приближающегося оргазма, то ли от чувств, которые вызывали внутри его слова. Теперь меня не просто тянуло к нему нитью или магнитом. Нет. Я была приклеена к нему ""от"" и ""до"". Зависима. И это очень сильно пугало! — Ты перечитал любовных романов. И я до сих пор не уверена, что тебе можно доверять. То, как круто ты умеешь говорить, знает вся страна! И не только наша…

— Моя Детка… — устало прошептал он, будто не понимал, как я могу не осознавать очевидных вещей! Но сказать больше ничего не успел.

Толчок, еще толчок и… Феерия! Что-то большее, чем любовь и намного большее, чем оргазм. Думаю, мы оба понимали, что так, как вчера, уже не будет. Мы влезли под кожу друг другу и не было лекарства от этого недуга.

Он упал на меня, придавливая тяжелым телом к ступеням, и сказал, чередуя слова с тягучими поцелуями:

— Только ты.

Только со мной. Навсегда.

У меня не хватило сил на большее, чем согласный кивок. Ноги все еще крепко сжимали его талию, будто спасательный круг, и, судя по лицу Марка, ему чертовки это нравилось. Он поднялся со мной на руках, оставаясь во мне, чтобы быстро пройти в свою спальню.

Краем глаза я заметила, что он сделал косметический ремонт, который кардинально отличался от того, что было в роковой день с Ингрид. Грант поменял все, от потолков и пола, до мебели и штор. Мне хотелось верить, что это как-то связанно со мной…

— Теперь будешь спать со мной! — осведомил он меня, укладывая на край постели и заново начиная то, что едва завершилось.

Мне казалось, что это невозможно… Но тело откликнулось раньше, чем он возобновил толчки. Оно слушалось его, не меня!

Все продолжалось почти до рассвета. Марк не позволял мне остыть, а я, казалось, впервые поняла, что значит — валиться с ног. И первой сдалась, попросив его сделать перерыв. Марк довольно усмехнулся и, уложив меня на подушку, накрыл своим одеялом.

Я помню, как его рука заграбастала меня под себя, а затем теплые губы остались на шее. Так мы и уснули…

* * *Проснулась я к семи утра. Словно кто-то толкнул или разбудил. А, как оказалось, причина проста — Марк просто перелег во сне на другую сторону кровати и стало холодно.

Он был таким милым во сне. Словно не мужчина, способный насылать на людей ужас одним взглядом, а парень, жизнь которого складывается в общем-то неплохо и достаточно безмятежно.