Самый настоящий пистолет.
— Если выйдешь из машины, я за твою жизнь не ручаюсь, — проговорил Вольф, не глядя на меня, и распахнул дверцу.
— Владимир… — сорвалось с моих губ.
Он обернулся ко мне, и в холодных глазах что-то вспыхнуло. Всё, чего мне хотелось, прильнуть к его губам в поцелуе, чтобы он понял, что я…
Люблю его.
Это осознание вдруг так ярко и во всей полноте открылось мне, что дыхание перехватило. Именно сейчас, в момент опасности, я поняла, кем он стал для меня.
Господи боже, а ведь я могу его потерять…
— Удачи, — жалко проговорила и осторожно прикоснулась к его плечу.
Совсем не то, что хотела сказать и сделать…
Сбросив мою руку, словно я была назойливой попрошайкой, он хлопнул дверью.
Несколькими минутами позже он и его бойцы скрылись за поворотом.
Мне же оставалось только молиться…
Увы, но с этим я не справилась, как на иголках просидев на кожаном сиденье от силы минуты три, не больше.
Не выдержала.
Машины были укрыты в подлеске, с восточной стороны забора — в ту сторону и двинулся Вольф со своей командой.
Именно там, в строго определенном и стратегически выверенном месте они должны были за этот забор проникнуть.
Что двигало мной, когда я, как тень, выскользнула из машины и двинулась в противоположном направлении? Ведь Вольф строго-настрого запретил выходить из машины. Да и не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять — это опасно.
Все было потому, что я увидела дерево.
Я заметила его, и все остальное как будто отдалилось. Мысли об опасности. И о Вольфе… Все, что не имело к этому отношения, перестало существовать.
А остался только какой-то опасный и странный азарт. И мгновенно сложившаяся в голове схема — не хуже чертежа на уроке геометрии.
Я всегда хорошо умела лазать по деревьям. И этот толстый вяз рос прямо рядом с забором, так, что его широкая ветвь раскидывалась прямо за забор.
Не знаю, почему они не выбрали это место, чтобы попасть на участок — как, по мне, оно было идеально.
Само собой, я не полезу на территорию Таврова. Я дура, конечно, но не до такой степени…
Навыки, отточенные еще в детсадовском возрасте, не подвели.
Обняв шершавый ствол, я ловко вскарабкалась вверх и укрылась в многочисленных ветвях. Хоть и была зима, и деревья стояли голые, я в своей коричневой куртке очень хорошо сливалась с окружающей местностью.
К слову, двор отсюда просматривался идеально.
Сразу увидела, насколько большая и ухоженная здесь территория. Заприметила и резную беседку, и ажурный мангал, и еще какие-то постройки.
