Очередь как бы моя, но ты же у нас наглеть не станешь?
— Да, конечно, я возьму его, — смирно сказала я.
Тащиться в кабинет директора ой как не хотелось… Опять проходить сквозь строй косых взглядов молодых коллег, среди которых я почему-то чувствовала себя старушкой. Хоть и была одного с ними возраста. Они не принимали меня в свой веселый круг.
Я никогда не участвовала в их приколах, непринужденной болтовне. А если иногда все-таки набиралась смелости, чтобы вставить какое-то слово или высказаться, то все молчали.
А потом как ни в чем не бывало продолжали разговор.
Это было очень противно и неловко. Но я ничего не могла с этим поделать. В самом начале притаскивала на работу пирожки собственного приготовления, пирожные всякие. Надеялась задобрить коллег… Но, судя по тому, с какими кислыми лицами эти вкусности принимались и не елись, восторга они не вызывали. Как и мое желание подружиться…
— Рудная, с тебя три тысячи рублей на корпоратив, — сообщил менеджер Олег, когда я проходила мимо его стола.
— Я не пойду… — вырвалось у меня.
— Все должны идти. А кто не пойдет — того Роман премии лишит, — не отрывая взгляда от монитора, с осуждением проговорил Алекс. — Деньги Элине Жубановой надо сдать до завтрашнего вечера.
Непонятно только, что он осуждал — что начальник грозился лишить отсутствующих премии, или что из-за этого мне тоже придется присутствовать на новогоднем корпоративе.
Скорее всего, второе. Алекс, высокомерный Алекс, кажется, особенно не любил меня. Вернее, презирал.
Ведь именно он больше всех зубоскалил на мой счет. Ох, до чего же мне были обидны его шуточки, когда я принесла на работу чай с собственноручно собранными в окрестностях Ларюшино травами — зверобоем, мятой и медуницей.
Еще, как дура, рассказала, что где собирала, да для чего какая травка полезна. Зверобой — отличный антидепрессант, мята понижает давление, а медуница смягчает и обволакивает…
В итоге к этому чаю так никто и не притронулся… «Мало ли каких трав она там насобирала, травница, блин…» — высказался по этому поводу Алекс.
Кстати, это именно он тогда провел переговоры с представителями Меладзе, которые закончились таким успехом. Роман Евгеньевич тогда его чуть ли не расцеловал и выписал огромную премию.
— Хорошо, я сдам, — кивнула.
Было бы только что сдавать. Да и вообще… Скорее всего, после того, как сегодня я сбежала из дома Вольфа, он найдет меня и убьет. И не видать мне этой корпоративной вечеринки, как своих ушей.
