Дом Ронана находится всего в десяти минутах езды от дома Ким, и я так благодарна за короткое расстояние.
Эйден паркуется на подъездной дорожке Ким.
— Я мог бы сесть за руль, — говорит Ксандер скучающим тоном. — Я все равно здесь живу.
Выражение лица Эйдена стоическое.
— Тебе не разрешается приближаться к ней, когда меня нет рядом.
Не уверена, что имеет в виду «к ней» Эйден, и что-то сжимается у меня в груди при мысли, что он мог иметь в виду Ким.
Они были друзьями детства и практически выросли вместе.
Те же школы. Те же увлечения. Даже их родители принадлежат одному кругу. Может, у Эйдена есть с ней связь. Он действительно утешал ее, пока она плакала.
— Ты имеешь в виду мою девушку? — Ксандер оборачивается и подмигивает мне. — Хочешь, чтобы я отвез тебя домой, детка?
Эйден так сильно сжимает руль, что я удивляюсь, как он не разлетается на куски.
Когда он улыбается Ксандеру, улыбка почти маниакальная.
— Хочешь смерти, Найт?
— А ты, Кинг?
Выражение лица Ксандера становится жестким, пока у него не начинает дёргаться челюсть.
Я сглатываю комок в горле. Несмотря на синяки с прошлой недели, они все еще выглядят так, словно вот-вот порежут друг друга на куски.
На этот раз нет футбольной команды, которая помешала бы им убить друг друга.
— Эй, — я стараюсь казаться беззаботной, открывая дверь заднего сиденья. — Может кто-нибудь из вас помочь мне вытащить Ким из машины?
Ксандер прерывает убийственную войну взглядов и выходит из машины. Он с легкостью стаскивает ее с моих колен.
Я улавливаю от него запах алкоголя, но он не такой сильный, как от Ким.
Он поднимает ее на руки по-свадебному с такой легкостью, словно она тряпичная кукла. Ее глаза чуть приоткрываются, и она стонет, уронив голову ему на грудь. Затем, немного придя в себя, она осматривает его и дергает за волосы.
— Ты! — она невнятно бормочет. — Все из-за тебя!
— Ким.
Я следую за ними.
— Эллииии. — она улыбается, и это удивительно очаровательно, учитывая, что она пьяна. — Давай совершим убийствооо!
Я улыбаюсь.
— Не очень хорошая идея, Ким.
— Нет! Лучшая идеяяя, — бормочет она, когда ее пальцы лениво погружаются в волосы Ксандера, почти... поглаживая их? — Ксааан, я красивая?
— Нет.
Он даже не колеблется.
Ее глаза блестят от слез.
— Ты когда-нибудь простишь меня?
— Нет.
— Идиииии. К. Черту.
Ксандер останавливается, и я тоже, чтобы не врезаться ему в спину. Между ним и Ким вспыхивает какое-то соревнование в гляделках.
