"Пролог
Вместо банки огурцов в кладовке, я нашла огурчик своего мужа. И вареник его секретарши. Такая вот кулинарная порнография. А началось все с салата Оливье.
- Это не салат Оливье, - я недовольно смотрю на бурое месиво на тарелке. Вместо колбасы мясо, нет морковки, и, стыдно сказать, соленых огурцов.
- А по-моему вкусный салатик, - старается снять напряжение моя невестка. Но это она зря.
- Вкусный, - согласно киваю. - Вот только это не Оливье. Скорее Московский, но я его не заказывала.
- Господи, Маргарита Сергеевна, чего вы в самом деле? Сделали Московский, съедим и спасибо скажем, правда, Маркус? – Это уже к внуку, который все это время сидит у нее на коленках.
– Нужно просто смириться, не может все быть идеальным, как вы того хотите.
С удивлением смотрю на Олю. Судя по пирсингу в носу и безразмерной фуфайке, моя невестка даже не пыталась приблизиться к идеалу. Господи, ну был же дресс код. Просьба одеться в цветах фирмы, раз уж мы с таким размахом отмечаем ее юбилей. Ничего сложного.
Бежевый, белый, черный, голубой. Что-то да обязательно найдется в шкафу! Но нет, ей надо было прийти в розовом!
Юре Шмелеву, компаньону мужа, приблажило отрастить усы и надеть гавайскую рубаху. Съездил человек в отпуск, называется!
Секретарша Эмма, как в самых шаблонных анекдотах, явилась в красном.
И это я еще молчу про мелькавший в толпе леопард.
Единственное, за счет чего держались мои нервные клетки – стол. Лично составленное меню, главным блюдом которого будет классический оливье! Вот только его здесь нет.
Официантка принялась убеждать, что шеф повар в ресторане француз и точно знает, как готовить этот салат. Киваю. Ну, не доказывать же девочке, что Франция к оливье имеет такое же отношение, как сельдь к шубам. С такими лучше не спорить. Просто прошу показать мне, где продукты, чтобы я смогла нарезать любимый салат мужа хотя бы на наш стол.
Глупо? Не для женщины, которая тридцать лет рука об руку идет со своим супругом и знает все его привычки и желания.
Меня провожают на первый этаж и показывают дверь «Только для персонала». Лицо у официантки кислое, она явно считает меня сумасшедшей. Пусть так. Зато безобидная. В отличие от психов, которые выдают Московский салат за Оливье.
- Огурцы и горошек там, все остальные продукты на кухне.
- Спасибо, - улыбаюсь девочке. Она тут вообще не виновата, не хотелось бы испортить ей настроение.
Улыбка все еще на моем лице, когда я захожу в кладовую. И когда включаю свет.
