Девятный Спас

Живи как и где пожелаешь, на то выдана тебе будет жалованная грамота.

Испокон веку не было на Руси дара драгоценней и редкостней, чем вольная воля. На что Ильша был медведь медведем — и то колыхнулся. Прогудел:

— А вот за это спасибо…

Гехаймрат приблизился к третьему из товарищей, кривя губы в насмешливой улыбке.

— Ты, Микитенко, пока отличил себя немногим. Однако князь-кесарь по милости своей жалует и тебя щедрою наградой — ради твоего из Сечи донесения, а ещё более для будущих стараний.

Велено выдать тебе от приказа пятьдесят рублей.

Дмитрий залился краской. Такое награждение, уместное слуге или холопу, показалось ему зазорным — особенно в сравнении с честью, оказанной Алёше с Ильёй.

— Не надо мне! — воскликнул он. — Если ничего не заслужил, ничего и давайте, а денег не возьму.

— От князь-кесарева пожалованья не отказываются. К тому ж деньги эти как из казны вышли, так в неё и вернутся. — Автоном Львович в открытую посмеивался, ему было весело. — Или ты передумал бородную пошлину платить? Считай, что князь тебя за службу на целый год бородой жалует.

Это ль не честная награда?

Ухмыльнулся и Алёшка — оценил князь-кесарев гумор, сиречь шутейное остроумие. Митя же не нашёлся, что возразить и лишь погладил свою красивую темную бородку.

Но Зеркалов уже перестал улыбаться и повёл речь серьёзно:

— Не вешай носа, Микитенко. И тебе, и всем вам будет на чём отличиться. Ждут вас новые награды, знатнее этих. Фёдор Юрьевич рассудил, что никого более в заговорный розыск посвящать не нужно, чтобы не поползли слухи и не пошло по Москве шатание.

Держава наша и без того ныне некрепко стоит. Кроме князя всю правду о комплоте ведаю я, вы трое, Журавлёв да Юла. Стало быть, управиться должны сам-шестой. Каждый человек на золотой вес идёт, каждому из вас своё большое дело назначено. Но прежде расскажу, чего я достигнул за минувший вечер.

Он скромно развёл руками, как бы говоря: мол, не взыщите, коли невелики достижения, и небрежным тоном обронил:

— И посольский секретарь, и Фролка теперь наши.

Оба будут делать, что им укажут.

Илья с Поповым разинули рты.

— А вот так. — Зеркалов наслаждался впечатлением. — Вы злодеев добыли, за что вам честь и хвала. Но и мы, кровососы застенные, своё дело гораздо ведаем. Как к кому подойти, да где отмычку подобрать… Взять хоть Быка. Уж до чего твёрд, зубья обломаешь — не разгрызёшь. Даже я засомневался.