Девять (СИ)

Изначально даже спрятаться хотела, когда он находился со мной в одном помещении. И, по возможности, всегда уходила от него подальше.

Но другие братья и сестры его обожали. Тянулись к Девять. В какой-то степени он тут даже являлся кем-то наподобие лидера. Несмотря на то, что тут имелись ребята и постарше.

И судьба, к сожалению, распорядилась так, что именно с Девять меня связало с первого дня появления в этом доме.

Причиной этого являлось то, что я не знала ни корсиканского, ни французского, а Девять единственный из всех детей, кто хоть немного разговаривал на испанском.

Поэтому Камиль и приставил его ко мне.

Помню, что изначально пошла к Камилю и пыталась убедить его в том, что нечто подобное совершенно не обязательно. Меня ведь до жути испугала вероятность того, что мы с Девять теперь постоянно будем рядом друг с другом. Я же до этого и в одной комнате с ним находиться не могла. От его присутствия кожу пронзали иглы и даже когда я видела, что Девять шел по тому же коридору, что и я, всегда неминуемо сворачивала куда-нибудь.

Сбегала. Все, что угодно лишь бы с ним не столкнуться.

Но, поскольку у меня не было весомых аргументов, Камиль от своего решения не отказался.

А меня ещё сильнее стало прошибать страхом. Особенно, когда в тот вечер Девять пришел в мою спальню. Он сел на край моей кровати, окинул комнату медленным взглядом и… заговорил со мной.

Стоит учесть, что с другими моими новыми братьями и сестрами мне было куда проще. Пусть из-за языкового барьера мы и не могли общаться, но несмотря на это мы уже начали сдруживаться, вместе веселиться и взаимодействовать.

Только, все же до этого дня я на Корсике могла разговаривать только с Камилем и Беатрис.

А тут ко мне на испанском обратился Девять. И насколько же непривычными были эти первые мгновения.

Я уже толком и не помню себя в те минуты, но в сознании жестко отобразилось то, как эмоционально меня ошпарило. С одной стороны Девять все ещё пугал. Настолько, что по коже скользил озноб.

И чувство того, что он на самом деле ужасен, никак не отпускало, от чего нахождение с ним в одной закрытой комнате, углями проходило по мыслям, но все же я слушала его с замиранием. Практически не дыша.

Девять спросил меня о моей прежней жизни и я робко отвечала. Осмелившись, задала несколько вопросов насчет этого дома и Корсики.

Я не могу утверждать, что в тот вечер смогла рядом с ним расслабиться, но общаться с Девять оказалось интересно.