Хорошей дороги, Стрелецкая, - хрипло пожелал он. Пауза. И добавил. – Приятно было потрахаться. Станет скучно – звони.
Он сунул мне визитку.
Выпрямился и захлопнул дверь.
Вздрогнула. Вытерла ладонью лицо. Чувство такое, словно меня только что оплевали.
Убьют папу – он же это несерьезно?
А приятно было потрахаться?
Сказал мужчина, который у меня первый.
Сглотнула и отвернулась, уставилась на дорогу. Просидела так, не поворачиваясь, даже когда снова хлопнула дверь и за рулем устроился дядя Андрей.
Машина плавно порулила по поселку, а я не пошевелилась, сжимаю визитку вспотевшими пальцами.
Не посмеют они убить папу. Не станут они. Они ведь понимают, что сделают плохо?
- Где папа? – очнулась и подалась вперед, между сидений. – Ты им правду сказал про место, где он ждет? Не соврал?
- Не соврал, Рита, - устало выдохнул дядя Андрей. – Я же не самоубийца, врать этой троице.
- А если они его покалечат?
Дядя Андрей промолчал.
Всю дорогу мы ехали молча. Слушали радио. Посветлело небо. Движение стало плотнее.
Какой сегодня день недели, месяц?
Я так сильно выпала из привычной жизни, что не знаю, как в нее возвращаться.
Дядя Андрей подъехал к нашему коттеджу и заглушил двигатель. Пальцами побарабанил по рулю.
Глянула на наш дом.
У нас возле ворот тоже есть будочка охраны – папа в последнее время заботился о безопасности, знал, что творит нехорошие дела.
Сейчас там никого нет.
И дом выглядит заброшенным.
Но этой мой дом.
- Что мне теперь делать? – взялась за ручку. – Ты куда поедешь?
- Я не знаю, Рита.
Как что-то прояснится – позвоню тебе.
- А если они папу убьют?
- Рита, - дядя Андрей повернулся. И жестко заявил. – Ты уже большая девочка. И папа твой взрослый человек. Он понимал, чем рискует. Когда махинации свои проворачивал. Мы с тобой ни на что уже повлиять не можем.
- Просто сидеть и ждать?
- Просто сиди и жди.
Подавленно мотнула головой. Вышла из авто и прошла в открытые ворота, загремела задвижкой, запираясь.
Весь сад в опавших мокрых листьях, дорожки грязные, ветер качает голые ветки деревьев.
И наш пустой коттедж похож на дом из фильма ужасов, где прячется маньяк-убийца.
Со вздохом нашарила под крыльцом ключи, шагнула в пыльный развороченный холл.
Люди Северских тут все вверх дном перевернули, каждую нитку осмотрели, это не обыск, а издевательство.
Проклятье.
Мерзавцы.
Посидела на диване, глядя на бардак в гостинной. Посмотрела на мятую визитку, которую мне сунул Арес.
Приятно было потрахаться.
