Девочка Давида

Тревожно погладив живот, ответила:

— Видимо то, что способно меня спасти.

— Чей?

— Что — чей? — повторяю в недоумении.

И вдруг понимаю: Давид ничего не знает. Совсем. Моя беременность довела его до фрустрации.

А ведь еще куча информации: под сердцем не один, а сразу двое. И Давид являлся их отцом. Последний факт ему неизвестен.

Страшно, опасно, рискованно. Но если идти ва-банк, то до конца:

— Их двое. Не от тебя.

Как сказать убийце своей семьи, что скоро у него появятся дети? Я ведь считала его мертвым. Готовилась к статусу матери-одиночки.

Давид Басманов — хладнокровный убийца моих родителей.

У нас с ним нет будущего.

Ему нет места в моем будущем.

— С кем?

— Что — с кем? — я задрала голову выше.

Давид сократил между нами расстояние — за секунды. Я бы так не смогла. В моем положении удается только спрятаться за шкаф и снова вжаться в стену.

Я не скрывала: я боялась Давида. Будучи беременной, я была максимально беззащитной.

— С кем же ты еще спала после меня? Чьи это дети? — снова кивает на живот.

Я смотрела в мрачные глаза напротив и понимала, что, если правда вскроется, он убьет меня. Я начала смертельную игру.

Давиду я нравилась за это. За отчаянность и за смертельные игры, которые дозволялись только мне. Давид сам так сказал после очередной ночи страсти.

— Давид, пощади их. Большего не прошу. Потом можешь делать со мной все, что угодно.

Он коснулся моих волос и убрал влажные пряди со лба — почти нежно. И встал так близко, почти касаясь живота.

— Ты наплети мне сказку, Жас. Что спала с другим. Что беременна не от меня.

— Я не понимаю тебя, — я распахнула рот в отчаянии.

— Я тебе не верю, — холодная ухмылка.

Я вздрогнула: Давид положил ладонь на мой живот.

И я почувствовала толчок.

И Давид почувствовал. Выражение мужского лица стало каменным. Ни одной эмоции. Конечно, это не растрогало убийцу — ничуть.

— Придется поверить.

— Я не чувствую на тебе запах других мужиков.

— Ты хочешь в это верить.

В его глазах читался гнев. Если бы мог, ударил в стену. Или меня бы подпер и начал мучить, чтобы правду сказала.

— Будешь отрицать, что беременна от меня?

Я задыхаюсь. Его рука собственнически гладит мой живот.

Давид нашел меня. Нас. Этой ночью все мои надежды на светлое будущее рухнули.

Еще и Эмину достанется, что тот укрывал меня и мешал Давиду отыскать беглянку.