Около часа мы ехали по широкой трассе, Кармен рассказывала нам об Андалусии и южном мысе — Гибралтаре, а я никак не могла отвести взгляда от местного пейзажа — гор, на которых стройными рядами виднелись оливковые плантации.
— Как на картинах Ван-Гога, — улыбнулась я, а Кармен, повернувшись ко мне, мило улыбнулась.
— Если хотите, мы можем проехать мимо Гибралтара, — предложила она, и мы не возражали.
Наконец, мы съехали с трассы и, уже в более медленном темпе, направились вдоль берега.
Я в самом прямом смысле наслаждалась морем, которое нежилось в ярких солнечных лучах, любовалась пальмами, аккуратно подстриженными и выстроенными, словно экзотические стражи, по обе стороны дороги, и восхищалась местной архитектурой с её неповторимым средиземноморским стилем.
В отличие от Тая, я бы назвала этот уголок рая цивилизованным, с его подстриженными лужайками, строго разлинеенными дорогами и аккуратно выложенными красивой плиткой пешеходными дорожками вдоль пляжа.
— Гибралтар — это британская территория, свое название получила от измененного арабского названия Джебель-аль-Тарик, что в переводе означает ""гора Тарика"", в честь предводителя племени мавров, захвативших его в VI веке.
На Юге Испания в целом и Гибралтар в частности, граничит с проливом и севером Африки. Вы даже можете увидеть африканский материк, — рассказывала Кармен, кивая на море, где и правда в дымке виднелись берега. — Занимая стратегическую позицию, Гибралтар является военно-морской базой.
— Военно-морской базой, — задумчиво повторила я, складывая два плюс два.
— Это не единственная военная база, — ответила Кармен. — В часе езды от мыса есть еще одна.
“Теперь понятно, что заинтересовало Ричарда на юге Испании. Здесь, скорее всего, и военные верфи имеются”, — про себя усмехнулась я и, осмотревшись по сторонам, уточнила:
— Мы в Испании или на территории Великобритании?
— Мы на территории Испании, в Андалусии. Сам мыс Гибралтар очень маленький, всего шесть с половиной квадратных километров. Даже взлетно-посадочная полоса пересекает автомобильную дорогу, что делает аэропорт уникальным и, отчасти, опасным, — улыбнулась она.
— Почему мы тогда не приземлились в Гибралтаре? — удивилась я, а Кармен, на секунду задумавшись, ответила:
— Маленькая взлетно-посадочная полоса для такого большого самолета, как ваш.
Между тем, мы продвинулись еще дальше по побережью и оказались в совершенно райском месте среди частных вилл и резиденций, от вида которых захватывало дух.
