Секунды превращались в минуты, минуты в часы, и для меня они стали плодотворными, как никогда. Я чувствовала, как стучат клавиши под быстрыми пальцами Ричарда, слышала его тихий голос, когда он говорил по телефону по-тайски или отдавал короткие распоряжения по-английски, осязала заряд его энергетики и ловила себя на мысли, что еще никогда в жизни мне так легко не училось. Перед моими глазами мелькали строки, стройно выстраиваясь в ровный перевод, и меня накрывало теплым лучом, словно моя планета, находясь в непосредственной близости от Солнца, подпитывалась его энергетикой.
Не знаю, сколько бы еще я пребывала на таком подъеме, как внезапно краем глаза я заметила, что Барретт опустил крышку макбука, и в следующую секунду почувствовала, как меня потянули за волосы. Я знала этот жест очень хорошо. Понимая, что пришло мое время, я аккуратно отставила свой ноутбук и, повернувшись к нему, улыбнулась, наблюдая, как он уверенными движениями снимает дорогие запонки.
"
"— Мои губы и язык соскучилась по твоему члену, — тихо прошептала я и, поудобнее разместившись между его ног, аккуратно начала расстегивать ширинку его брюк, собираясь освободить моего мужчину от ненужной одежды.
Я сидела, зажатая коленями Ричарда, и навинчивалась горлом все глубже и глубже на его член, выписывая головой восьмерку. Отдать должное, практика давала свои результаты, и сейчас я гораздо спокойнее принимала своего мужчину горлом, легче перенося рвотный рефлекс.
Сделав несколько глубоких фрикций, Ричард жестко начал вбиваться в мое горло, и его мощные удары отдавали в ушах. Уже чувствуя своего мужчину без слов, изучив его привычки, я начала медленно высовывать язык, ощущая глоткой, как головка члена становится все объемней. Он все интенсивнее сдавливал мой затылок тяжелой горячей ладонью, и я непроизвольно простонала, то ли от возбуждения, то ли прося пощады. Но он продолжал, и я не возражала.
Я ласково прошлась пальцами по его паху, как он любил, а он все сильнее и глубже продолжал вбиваться в мой рот. Я уже ощущала горлом, что он на грани, что он вот-вот кончит, но он тянул. Я знала, что мой Дьявол иногда надолго мог растягивать удовольствие, терзая мой рот, и я не возражала — я любила доставлять ему это наслаждение.
— Я хочу трахнуть твои волосы, — услышала сквозь толчки я его тихий голос, и меня освободили.
