Когда же ей удавалось краем глаза поймать въезжавшую машину, едва ли не бегом летела к окну, чтобы посмотреть, кто приехал. Чтобы увидеть высокую фигуру, от которой даже на расстоянии ощущалась незримая сила власти.
Высокие фигуры она видела.
Не те.
Ком вставал в горле, Катя не понимала себя. Волнуется за собственную судьбу? Естественно. Если предположить, что про неё вдруг забудут, и она окажется на улице, а потом снова в полиции, то тогда ей ещё непременно приплетут и побег. А это совершенно другая статья."
"Катя гнала негативные мысли прочь.
Ей это удалось бы лучше и быстрее, если бы она не видела, как и окружающие находятся не в радостном настроении. Приближенные Коваля не улыбались, были сдержаны.
Даже Юля, которая всё-таки утащила её в тренажерный зал. Он находился на нулевом этаже и поражал квадратурой. У них в школе и в институте спортивный зал был меньше площадью. Руслан не скупился на оборудование и размах. Тренажерный зал был разделен на несколько секций. В одной находился ринг – октагон, кажется, в спортивном мире его принято называть.
Рядом несколько груш. Почему несколько – непонятно. Может, различие в наполнителях? Дальше шли маты.
И целая секция с тренажерами, беговыми дорожками, куда Юля её сразу и повела.
– Разминаемся и начинаем.
Катя кивнула. Почему бы и нет? Хоть немного отвлечется.
Через час Катя, раскинув руки по сторонам и разведя ноги, приняв позу «звезды», лежала на мате и тихо стонала, правда, с улыбкой на лице.
– Я больше не могу. Юля, я не встану.
Я вообще больше шага не сделаю.
– Сделаешь, милая. И завтра снова сюда придем.
– Нет-нет.
– Да, – с довольной улыбкой протянула Юля и подмигнула её.
Только глаза оставались серьезными.
В десять Катя поднялась в спальню.
Руслан не приехал.
И ночью тоже.
Спала она плохо. Ворочалась, не могла найти себе места. Глупо, конечно. Одна ночь в объятиях Руслана ничего не решает. И не меняет.
Катя окончательно встала, когда рассвет только ещё начал зарождаться. Больше она не могла находиться в постели.
Душа требовала действий. Тело же жалобно застонало, напомнив ей о часе интенсивных тренировок. Болело все. Юля постаралась на славу, гоняя её от одного тренажера к другому.
– Ничего, всем девочкам полезно, – говорила она вчера.
Приглушенно выругавшись, Катя мысленно дала себе зарок, что ни ногой больше на нулевой этаж. Ноги отказывались передвигаться. Катя спустила их с кровати и принялась массировать.
Она не знала, чем займется в предрассветный час.
