Единственный выход — взять Катю, отодрать её, чтобы понять, что она такая же, как все. И тогда снова зажить обычной жизнью.
Так нет же… Увидел Катю и всё, в нем проснулся сатана.
— Что слышали, — негромко повторила она, поднимая лицо кверху. — Отпустите меня и уйдите.
— Чегоооо?
Он правда опешил. От наглости девчонки.
Перед глазами возникла кровавая пелена.
Порвет на хрен на части.
— Уйдите, Егор…
Она не договорила, потому что он дернул её с такой силой, что светлые волосы растрепались сильнее.
— Пасть закрой, дрянь! Иначе изуродую к херам собачьим.
Катя приготовилась драться. Она не знала как, но приготовилась. Рядом с ней стоял здоровый крепкий мужчина, и он был разъярен. Она не понимала причину или не хотела понимать. Ей хотелось, чтобы её оставили в покое. Перестали оскорблять, обзывать. Кто дал ему право говорить гадости? Капитан Потапов ничего о ней не знал, а вел себя так, словно имел на неё какие-то права. Она подследственная, приговор судья ей не вынес.
— Только попробуй… тронь…
Катя сама не заметила, как перешла на ты. Грань, за которой кончалась её сдержанность, её женская осторожность, мудрость, растворилась. Остался лишь инстинкт выживания. Готовность отстаивать себя, своё здоровье, своё существование во что бы то ни стало, не задумываясь о том, что будет потом.
Катя просто устала.
— Вот как заговорила, — оскалился Потапов, окончательно перестав скрываться. Его глаза жадно загорелись, в них отразилась вся жестокость, что сейчас переполняла мужчину.
Мысленно он уже знал, что сделает с непослушной девчонкой, что посмела ему противостоять. Посмела противиться. Личико своё красивое воротить. Смотреть на него, как на ничтожество. Думает, он не видит, как она кривится? Как взгляд отводит? Ничего… Ничего… Скоро стонать будет под ним, голос срывая уже по другому поводу! У неё иного выбора не будет.
Если захочет жить…
Катя тяжело дышала, отчего её красивая грудь поднималась и опускалась, невольно привлекая внимание.
Упругая? Вот он сейчас и проверит.
Продолжая скалиться, удерживая девушку одной рукой за плечо, вторую он опустил ей на грудь и с силой сжал, прекрасно осознавая, что делает больно и оставляет синяки.
Катя сначала охнула. Она до конца не верила в то, что капитан осмелится.
Мерзко… Как же мерзко…"
"Катя дернулась назад, ещё веря, что приход капитана для неё закончится без травм.
