По какой бы причине ей ни навязали девочку, Арина не играет роль, это очевидно. Такое не сыграешь. Она привязана к малышке Дэви, в этом вся Арина.
И на миг, на какие-то доли секунды мелькает сожаление, что три года назад я не увез ее сразу после похорон Глеба. Не увез и не спрятал.
Меня бы все равно посадили. Ямпольский бы все равно убил Маркелова, Аверин внес за меня залог. Но Феликс не смог бы втянуть Арину. А я женился на ней, обязательно женился, после того как закончил разгребать все это дерьмо.
И сейчас бы она возможно пела колыбельную моему ребенку.
Нашей с ней девочке...
В груди саднит и давит. Лучше бы я не представлял. Лучше бы я блядь сдох в той тюрьме, чем стоять сейчас, смотреть на умиротворенное, счастливое лицо когда-то моей женщины, которая ТАК смотрит на чужого ребенка. А могла бы на моего...
Арина поднимает голову и натыкается на мой взгляд. Не знаю, какое у меня сейчас лицо. Судя по тому, как она вздрагивает, ничего хорошего в нем нет.
— Демид.... — читаю по губам, и то что Арина меня испугалась, неприятно режет.
Смотрю в упор, она тоже смотрит, продолжая держать в ладонях детскую ручку. Наконец, отводит взгляд, наклоняется, целует ребенка и задергивает полог.
Не глядя на меня выходит из комнаты и гасит свет.
— Демид? — слышу за спиной голос Феликса. Оборачиваюсь. — Ты давно здесь стоишь?
— Только подошел, — отвечаю нехотя.
— Вот, — он протягивает папку, — держи. Пойду попрощаюсь с Ариной.
Он уходит в дом, я возвращаюсь на террасу. Феликс с Ариной выходят вместе, Арина здоровается но почему-то избегает смотреть мне в глаза.
— Я бы уже сама улетела, но надо было дождаться няню, — объясняет не мне, Феликсу. — Мама с отчимом уехали в Денпасар.
Наконец Феликс отваливает, он кажется чем-то взволнованным, но меня больше интересует Арина.
Детская ладошка держала ее за руку, и Арина никак не реагировала. Значит ли это, что ее нетерпимость к прикосновениям избирательна? Или есть ещё какое-то объяснение?
Думаю об этом даже когда гидроплан доставляет нас на остров, похожий на засохшее дерьмо мамонта.
Остров, из-за которого все началось.
Глава 18-1
Арина
— Ты с ума сошел, Фел! Я с ним не полечу! — возмущенно завожусь и тут же осекаюсь, глядя на Феликса. Подхожу ближе и спрашиваю совсем другим тоном: — Все плохо? Ты должен лететь к нему?
Он молча кивает, глядя в сторону. Невесомо касаюсь ткани пиджака на руке.
— Прости меня. Прости, пожалуйста. Конечно я полечу. Не думай об этом, мы с Демидом справимся. И.... держись, Фел.
