— Ну, главное, сегодня решить смогла хоть что-то? И вообще — за эти три урока вы продвинулись хоть немного?
— Да, мы прямо… Убежали вперед, — хмыкнула я, вспомнив, как в первый день Архип довольно зло звал меня тупой, на второй — почти ласково Балдой, а на третий…
Целовал меня и признавался в любви.
От этих воспоминаний по животу запорхали бабочки, щекоча крылышками стенки желудка.
— Это хорошо. Значит, что-то да отложилось.
— Ой… — даже схватилась я за него руками.
Это чего такое?
Каждый раз эти…бабочки буду порхать по животу, едва я вспомню о нем и его мягких губах?
— Что с тобой? — обеспокоенно вгляделась в меня мама.
— Да живот что-то…
— Болит? Ну вот, небось опять сухомятку ела весь день! Ох уж эта молодежь! Не берегут себя, а мамам потом лечить вас. Сейчас я принесу таблетку и имей в виду — запишу тебя к врачу. И не сопротивляйся.
— Да не надо, мам, — остановила я ее, удерживая за руку, когда она попыталась встать из-за стола. — Уже прошло.
— Да не обманывай, — не сдавалась она.
— Просто к врачу идти не хочешь и чтобы я ругалась.
— Нет, мамуль, все правда нормально. Честно, — посмотрела я в ее глаза. — Просто прихватило чуть. Я пойду к себе, полежу, и все пройдет. Не нужно врача. И кстати, я обедала в школе — там хорошо готовят. Как в ресторане, не чета нашей старой школе.
Кстати, мама уже тоже больше там не работает — Володя устроил ее в престижный лицей и теперь она преподаватель совсем другого уровня.
— И что ты там ела?
— Суп и тефтели с рисом, — ответила я чистую правду.
Это был едва ли не единственный вопрос от нее, отвечая на который я не солгала.
— Точно не болит больше? — настороженно уточнила мама.
— Не болит.
— Ну смотри, — покачала она головой. — Твое ведь здоровье. Я не могу же за тобой как за маленькой смотреть постоянно.
— Да и не нужно, ма, — убеждала я ее. — Все отлично. Спасибо за чай. Пойду к себе… Что-то устала.
— Ну давай, — ответила она, забирая у меня из рук чашку.
— Отдыхай, конечно.
Я поднялась к себе, но едва успела прикрыть за собой дверь спальни, как ее беспардонно распахнули, и по моим ощущениям, ногой.
В мою комнату влетела Динка…
Я так и застыла с толстовкой в руках, которую сняла с себя и собиралась уложить в шкаф, но влетевшая Дина меня настолько обескуражила, что я вообще забыла, что делала.
— Ты чего так врываешься? — спросила я ее, немного придя в себя и все-таки занялась толстовкой.
