Девочка Эмина

Валера явно переоценил мои возможности, а Эмин заставлял есть, чтобы появились силы.

Но при виде большой плитки молочного шоколада я вспомнила об Альберте и, чтобы случайно не сойти с ума, провалилась в сон.

Когда я проснулась, до Волгограда оставалось уже совсем немного.

Глава 54

Мы вернулись домой, когда Батальонная встречала закат. Уже не первый в моей жизни, но в августе, оказывается, темная гладь воды выглядела не так устрашающе.

— Мы всегда будем здесь жить?

Говоря всегда, я имею в виду то время, пока жив Анархист.

Но об этом я умалчиваю во имя безопасности.

Влажных плеч коснулся холод — я почувствовала приближение Эмина. Я только вышла из ванны, а он приготовил ужин. Запек мясо и заварил напиток, тем самым напомнив мне о моих обязанностях. Больше месяца я не делала этих привычных действий.

Ужин был вкусный, но горький. Молчание Эмина, сопровождающееся тяжелым дыханием, служило предвестником беды. Не иначе.

— Тебе не нравится мой дом?

Вроде вопрос, вроде угроза.

С другой стороны, мне все равно где ждать смерти Анархиста и вызволения мамы из его плена.

Так?

Тяжелые руки легли на шею. Крепкие длинные пальцы начали массировать кожу, отвыкшую от грубости. Влажные волосы колыхались от его дыхания.

Я зажмурилась, набираясь смелости.

И выпалила едва слышно:

— Эмин, я хочу в Сибирь.

Тело сзади резко напряглось. Большое тело, сильное. Я сжалась, в отражении стекла встречая его взгляд. На балконе становилось небезопасно.

— Зачем? Свободу почувствовала?

В голосе мужа не было злости. Лишь умиротворение.

Эмину ведь главное, что я рядом. А чего хочу — это вторично, это никуда не денется. Это мои «хотелки» — именно так он говорил, продолжая задаривать свою девочку украшениями и дорогой одеждой, от которой уже ломился гардероб.

Но горечь его подарков была в том, что столько одежды мне и за всю жизнь не выносить, если Эмин не изменится. Куда мне ходить в этих дорогих нарядах? Разве что в спальню с кинотеатром, выдумывая себе настоящий поход в кино.

Ключевое здесь — выдумывая. Эмин не любил настоящие кинотеатры.

— Диана? — повторил муж.

— Извини, я задумалась.

Как учила Полина? Просить, пока он добр? А если вдруг от моей просьбы он разозлится? А если не пойдет навстречу — напирать?

Напирать с Эмином было страшно.

Но Полина советовала. А я обещала попробовать.

— Ее звали Кристина, если ты помнишь, — заговорила я.

Дыхание мое сбилось — мужские пальцы затормозили свои движения и теперь просто сжимали кожу. Пока не больно.

— Прошло полгода.